— Победитель! — зло заорал я, показывая на Фредерика. — Получает доспехи проигравшего!

Формально, это было правило турнира. Но уже давно участники, “джентельменски” забывали о нем. Однако я, как хозяин турнира, мог об этом и напомнить. По традиции, “вспоминали” об этом, когда кого-то ловили на мухлеже.

Забавно, но наказать мухлежника можно было, только сначала победив. Не самый удобный способ восстановить справедливость, как по мне. Опять рыцарские заморочки. Но сейчас как раз всё удачно сошлось.

После секундного замешательства, публика решила, что я углядел в топоре Боркума некое доказательство его вины. Что логично — топор-то его. И когда помощники начали обдирать с Боркума доспехи, одобрительно загудела. На ристалище начали выбираться “родственички” Боркума — у одного была замотана бинтами голова. Наверняка это тот, которого я познакомил с Юрой у Военных ворот. Я так решил, потому как он смотрел только на меня, не отрываясь. И шел ко мне. Не шел — крался, характерным приставным шагом фехтовальщика, сжав одной рукой топор заткнутый за его пояс. И начал уже тянуть топор из-за пояса, когда его отрезало от меня бежево-красной стеной. Это среагировали наши стражники — выстроились между нами и людьми Боркума.

На секунду мне показалось, что сейчас начнется драка. Не мне одному — из-за стола вскочили гости. Рыцари, участвовавшие в турнире и не успевшие полностью снять доспехи, заспешили обратно, на ходу меняя оружие на боевое. Даже среди горожан замелькали короткие и очень широкие клинки.

Кем бы не были эти люди, они не были дураками. Не став кидаться на стражу семьи Итвис, они подхватили освобожденного от доспехов, окровавленного, хнычущего Боркума и поволокли его прочь.

— Принеси боевой молот! — крикнул я распорядителю.

Следующие несколько минут напряженной тишины, пока Боркума уносили прочь, к лошадям, по живому коридору из расступившейся толпы, я не терял времени даром. Я подошел поближе к Фредерику. Моя свита замешкалась и отстала. Мы оказались чуть в отдалении от посторонних ушей.

— Что ты тут делаешь? — спросил я Фредерика.

— Холм Синего Камня, — вместо ответа сказал он. И нас тут же окружили посторонние люди. Особенно близко терся слуга с вином. Разве что ухо между нами не всунул. Ему то что тут надо?

Пришлось возвращаться к формальным обязанностям. Я на автомате оттарабанил нужные словесные формулы, вручил Фредерику призовой молот. Тот его принял. Все это время вокруг было полно людей и больше не было возможности перемолвиться и парой слов. Я немного подумал, и понял, что Фредерик, в принципе, успел сказать все нужное. Видимо его отряд ждет меня за стенами. Конечно, хотелось бы уточнить…

— Вы проверили наручи? — отвлек меня от раздумий бесцеремонный Ректор. Он тоже не усидел за столом и спустился вниз.

— Забыл, —ответил я. Совсем вылетело из головы.

— А голову ты не забыл? — явно на автомате ответил Ректор и кинулся к доспехам Боркума. Но их уже споро паковали в мешки пажи, под присмотром хмурого Грифа и самого Фредерика. Ректор остановился, затоптался на месте. Оглянулся на своих бретеров, явно оценивая их шансы в бою против моих наемников. Я догнал старика, взял его под руку и развернул его и повел обратно к столу.

— Вы уж определитесь, мы на “ты”, или на “вы”, — мстительно сказал я ему. Дождался пока он смутится и начнет что-то говорить, и тут же перебил: — Проверю их позже, в более уединенном месте.