Через десять шагов я всё же обернулся:

— Почему вам просто не купить себе землю, если она вам так нужна? — и обвёл рукой Великий Холл. И стены. И свет, льющийся с потолка. И серебряные статуи в три долгобородских роста. — У вас же есть всё.

Ан смотрел на меня, как будто впервые за долгое время увидел человека, а не должника, союзника или врага.

— Продай мне Караэн, — сказал он.

— Я не могу, — ответил я. — Он не мой.

Ан усмехнулся. Грустно. Прямо как обычный человек.

— Как и я, — ответил он. Опять непонятно. То ли себе. То ли мне. То ли всем, кто был в зале.

Я постоял немного. Но он больше не сказал ни слова.

Я не спеша пошёл к выходу, слушая разговоры за спиной. Хотел подслушать, хотя бы краем уха зацепить, о чём они будут говорить. Увы. Как только я отошёл, они перешли на жестовый язык. Но потом Ан начал говорить громким голосом. Видимо, чтобы слышали все. Рассказывал, что когда Инсубры пришли сюда, то нашли пещеры, которые проточила вода с ледников на горе. И они усмирили эту реку, и теперь она даже крутит их колёса.

Я задержался у выхода.

— Вода мягкая, и всегда течёт туда, где ей удобнее, — сказал Ан. Я оглянулся, поскольку ещё не надел шлем, и сделать это было легко. И увидел, что Ан смотрит на меня. Он замолк. Подошедший от входа страж с могучей алебардой привычно хмуро мотнул бородой в сторону выхода. Я повиновался. Убедившись, что я ушёл, Ан продолжил, не подозревая, что я всё ещё могу разобрать его слова. — Люди такие же. Нельзя единожды придать им форму и ждать, что они будут хранить её, пока их не расколют. Так делаем только мы. Но можно направить их в нужное русло и если надо, они со временем сметут любую преграду. Надо просто сделать так, чтобы это приносило пользу и нам.

— Они обманут! — возразил кто-то.

— Да. Течи будут всегда. Пусть они вращают колёса наших камнедробилок, влекут нашу руду и пробивают путь в скалах. И за каждую их ошибку платить будем мы — своими жизнями. Починим. Сделаем лучше. Но мы научимся.

В этот момент круглая бронзовая дверь за моей спиной осекла шум голосов. Я подобрал Крушитель, пристегнул к поясу ножны с мечом. И отправился обратно. Теперь — под внимательным взглядом сразу четырёх стражников, которые вели меня к выходу. Уже на самой стене, ожидая своей очереди у подъемника, я увидел, как по долгобородам прокатилась волна радости. Многие из них закричали, что было для них совсем нехарактерно. Некоторые даже выдали коленца незнакомого мне танца.

— Что случилось? — спросил я у угрюмого стражника, который пустил меня внутрь. Он посмотрел на меня и улыбнулся.

— Они выбрали Говорящего от Меча. Это Ан, — он тут же спрятал улыбку в бороду и мрачно нахмурился. — Тебе нечего здесь делать. И не нужно это знать. Уходи.

Глава 25

Зимний труд

После разговора с долгобородами я вернулся в Караэн. И первое, что сделал — отправился в Горящий Пик, даже не заезжая за стены города. И помирился с Адель.

Страстно — и несколько раз. А потом, уже утром, когда к нам принесли сына на аудиенцию, Адель мягко сказала, положив мне руку на плечо:

— Пора подбирать ему друзей и наставников. Думаю, обучать его владению мечом лучше с шести.

— Не рано? — удивился я. Впрочем, почему нет. Магна примерно с этого возраста и начали понемногу натаскивать. Без фанатизма, но всё же.

— И учителей, — сказала Адель. — Тех, кто вложит в его голову знания о мире.