— Я сказал, прекратить! — заорал я, уже совсем не по-сеньорски. Двинул Коровку вперёд и захлопнул забрало.

Репень отступил, ловко запрыгнув на валуны, и начал подниматься вверх по склону. Дукат рванул за ним, семеня по-медвежьи и рыча:

— Выебу!

— Дукат! — раздался сверху голос, как грохот пустого самосвала. Я не сразу понял — это был Сперат. Я всегда подозревал, в нём что-то оставалось от даров Пана. — Внемли своему сеньору!

Дукат резко обернулся на усиленный магией голос. Уставился на меня. Сквозь прорези забрала я увидел его глаза — белёсые от ярости, совершенно безумные.

— Выебу… — снова прохрипел он. Уже тише, но по-прежнему не отводя от меня взгляда.

Я наклонился в седле, приоткрыл забрало и сказал негромко:

— Что, и меня?

Несмотря на напряжённость момента, сеньоры в железе за моей спиной коротко усмехнулись. И, кажется, именно это отрезвило Дуката. Он смущённо опустил меч и отступил в сторону.

Я проехал вперёд, снял перчатку, потянул поводья, поднял забрало и осмотрел охотников. Остановился на Репене.

— Рад тебя видеть, — сказал я весело. — Что ж ты не заходишь в гости? Где Дедушка Мо?

— Он решил, что пещера на краю Диких Земель уютнее Караэна, — буркнул Репень. — Люди подумали… и согласились.

— Городская суета не для всех, — философски согласился я.

На этот раз несколько охотников гыгыкнули. Репень, как человек попроще, иронии не уловил.

— Нас там чуть не вырезали. Вместе с твоим домом, Итвис!

Я уже отвык, чтобы мне вот так прямо заявляли, что я приношу проблемы. Немного подумал и сказал:

— Значит, ты ходишь в Дикие Земли, но Караэн кажется тебе опаснее?

Репень молчал.

— Мне нужен Дедушка Мо.

Молчание. Правильно. Политика «не говори — и не подведёшь себя». Ни намёка, ни оговорки, ни выражения в глазах. Я закинул другую удочку:

— Вы же по-прежнему торгуете с Университетом? Но, я так понимаю, нашли и других покупателей? Платят они хорошо?

Репень отвёл взгляд. А по закаменевшим лицам охотников стало ясно: не очень.

— Не пытаются зарезать и забрать товар вместе с деньгами?

Молчание.

— Хорошо, — сказал я. — Если не хотите в город, мне всё равно нужен кто-то, кто будет присматривать за Воющим Камнем. Передай Дедушке Мо моё предложение.

Ответа не последовало. Только жест рукой — и охотники стали расползаться по склону, уходя вверх и в сторону от нас. Оружие опущено, но всё ещё в руках.

— Репень! — крикнул я. Он обернулся. Минимум приличий соблюдён.

— Мне нужна та штука. С лапками. Как паук. И с красным камнем.

Я даже показал рукой, перебирая пальцами, для наглядности. Он не понял. Ему подсказали сзади:

— Медянник, шоле?

— Да! — с облегчением подтвердил я. — Мне нужно хотя бы парочка. Оставь мне проводника!

Репень махнул кому-то — и под копыта Коровки бухнулся мешок. Коровиэль фыркнул. Я успел удержать его от того, чтобы он растоптал мешок. Тут же подскочил сообразительный Волок. Волок осторожно заглянул в мешок и показал мне содержимое.

— Это оно. Сколько тебе платят за одного в Университете? — крикнул я в спину Репеня. — Вернись, я отдам деньги!

— В счёт старой дружбы! — ответил Репень, скрываясь за валуном.

— Сперат, разбивай лагерь, — велел я. — А сам готовься. Придётся идти в Красный Волок.

Кстати… где узник Хауста? Мы что, забыли его в поместье?

— Нет, мой сеньор. Он тут, — невозмутимо сказал Сперат и похлопал себя по жадносумке.