— Мимо! Отрыжки гоблина! Мимо! — надрывался кто-то. Похоже, это была истерика. Глухой звук пощечины и крик прекратился. Наши арбалеты защелкали вразнобой, залпы уже не получались. Я тоже начал заряжать и стрелять, стараясь делать это как можно быстрее. Меня прикрывал стражник, в щит которого то и дело били стрелы. Второй по моему приказу отправился прикрывать Сперата. Остальные арбалетчики действовали примерно так же.

Именно Сперат убил первого врага. Его тяжелый болт пролетел мимо первого ряда, и расколол череп одного из мерно шагающих мертвецов. Я видел, как отлетает в сторону шлем. Этот удачный выстрел остальные встретили радостными криками. Между тем до врага оставалось уже меньше пятидесяти шагов. Я выстрелил последний раз, вогнав болт в щит идущего впереди мертвеца. Его уже можно было разглядеть получше, но мне не хотелось. Я отложил в сторону арбалет, взял четырехгранный молот. Подарок жены. Она отдала его мне, когда провожала на этот бой. И взяла обещание, что я его верну. Обещание я стараюсь выполнять. Я обернулся и поискал глазами сотников. Пора было командовать готовность к ближнему бою. Но меня опередили.

— Им не нравится! — крикнул Ланс. — Смотрите, они встали! Боятся!

И в самом деле, наши враги остановились. Не думаю, что они испугались. Но нашим пехотинцев эта идея понравилась и они поддержали её радостными криками. Впрочем, кричали они, скорее заглушая свой страх, чем радуясь. Поэтому крики были скорее напуганные. И тут вдруг строй вражеских щитников впереди разделился пополам. Воины врага расступились и прижались к обочине дороги. Крайним пришлось зайти в болото по колено. А из глубины колдовских сумерек выбралось нечто белое, ажурное и кошмарное.

— Костяной голем! — взвизгнул Эфест. — Нам нужен огонь и железо!

Глава 23

Смертельно большая неожиданность

Я криво усмехнулся, разглядывая костяного голема. Возможно это во мне говорил кураж, но мне показалось до жути забавным это создание. Несмотря на абсолютно противоестественную суть — двигающиеся вопреки всем законам природы кости — костяной голем подчинялся законам физики. Это не был человекоподобный конструкт. Он напоминал скорее краба. Несколько одноставочных ног собранных из массивных бычьих костей под брюхом, оканчивающихся целыми пучками копыт и две длинные, многосуставные клешни по бокам, усиленные вставленными в них ножами и тесаками. Впрочем, это было всё, что напоминало в костяном големе краба. По сути же он представлял собой жуткую мешанину костей, из центра которой торчали половинки человеческих костяков. В шлемах, с луками и арбалетами. У пары, впрочем, были щиты и копья в руках. Собранная из костей передвижная платформа для стрелков. С распределенным на несколько опор немаленьким весом.

Здоровая, как КАМАЗ. Впрочем последнее, скорее всего, это мое субъективное ощущение. Уверен, если бы эта хрень не неслась на меня, я бы обнаружил что она вовсе не такая уж и большая.

— Аааа… — заорал кто-то жалобно.

— Стоять! Стрелять! — хрипло каркал над ухом Матль. Он пытался делать это грозно, но у него самого от ужаса перехватило горло. Прямо слышно, как он с трудом проталкивает слова приказа через сухое от ужаса горло. Сундук дудел в свистульку. Свистульки это их собственная придумка. Свист лучше слышно в бою. Да и вообще свист громкий, поэтому такими свистульками пользовались пастухи и даже крестьяне, пересвистывались на полях. Так что мои сотники ничего не придумали а взяли готовое. И теперь были вроде боцманов на корабле, отдавая свистом небольшой набор приказов. Сундук повторял одну и ту же комбинацию.