А вот Рубен моих девчонок не отбивал.

И это замечательная мысль для мужчины тридцати семи лет!

– Это выстрел мимо, дон Патрезе. Дама имеет несоизмеримо более высокий статус, чем я. Она оказывает мне честь. Это ее собственный телохранитель, и даже если между ними что‑то... это никак не касается такого простого парня, как я. Пока не касается, – добавил Кирилл для весомости, и чтобы карма много о себе не возомнила.

– О! Про это есть еще один чудесный старый анекдот. Мол, «я не знаю, кто это такой, по вот шофер у него...». Да‑а! В таком случае я должен предположить, что даму зовут – Империя?

Слово произнесено. Ничьего инкогнито тут больше нет.

– Вы, возможно, удивитесь, – говорит Кирилл, – насколько вы близки к истине. Разумеется, в метафорическом смысле.

– Меня трудно удивить.

– Осмелюсь предположить, ваш интерес к нашему отдыху вызван не желанием угостить рислингом экс‑самодержца одной из планет Земель Обетованных?

– Почему бы и нет? Я стар, в моей жизни мало развлечений. Вы, к примеру, знаете, почему рислинг с Медеи пользуется у знатоков таким почтением?

– Разумеется. В его рецептуру входят микродозы яда. Регулярное употребление делает организм невосприимчивым к отраве.

– Виноделы тоже люди, и у них случаются ошибки. Вы догадываетесь, что результат такой ошибки... достать почти невозможно, да?

– Вы хотите сказать, для человека с титулом «дон» нет ничего невозможного. Только почти ?

Кириллу очень не нравятся намеки дона Патрезе, и исключительно из вредности он продолжает делать морду кирпичом. Какой дрянью их с Натали напоили? На "Балерине» есть химический анализатор, однако антидот для этого экзотического бухла может быть весьма непростым. Боюсь, правильный вопрос здесь будет: зачем ?

– Не беспокойтесь, – улыбается дон. Старый добрый дедушка. – Вы пили совершенно обычный рислинг. Я, видите ли, достиг того положения и возраста, когда можно дать честное слово и соблюсти его.

– Что же тогда значил сей жест?

Дон Патрезе соединяет ладони кончиками пальцев:

– Дружеский знак одной силы в адрес другой.

– Я всего лишь частное лицо, которое оказывает некоторые услуги. Вы не могли знать, что сегодня я буду здесь. Я сам этого не знал. Следовательно, едва ли у вас есть на меня планы. А даже если бы и были, не уверен, что меня бы они устроили. У меня свои дела, и принудить меня оставить их без бутылки «неправильного» рислинга, смею вас уверить, довольно сложно.

– Ну, планы. Когда мы строим планы, боги веселятся. Однако, если некая возможность валится в руки, грех не выстроить на ней какой‑нибудь восхитительный воздушный замок. Сами по себе вы, конечно, всего лишь единица. Потенциальная фигура, покамест не введенная в игру. Но слыхал я забавный бред, будто при передаче войскового имущества вы ухитрились припрятать в рукаве Пиковую Девятку...

– Пиковая Девятка не могла быть ни в чьих руках. – Кирилл выдержал многозначительную паузу. – Я, разумеется, не мог позволить Федерации заполучить технологию, подразумевающую галактическое господство. Все они пошли под пресс.

– Да что вы говорите?! – всплеснул руками тот. – Исключительные кадры, ваши лучшие офицеры...

– У меня, к счастью, была чрезвычайно удобная позиция: в случае необходимости я мог считать их оборудованием. Так что, если вы имели в виду Черную Девятку... боюсь, вам не помог бы даже «неправильный» рислинг.

– Сдался вам этот рислинг. Хорошо, признаю, это была неудачная шутка. Упоминая его, я хотел только подчеркнуть свою добрую волю. Что бы я стал делать на Фоморе с девятью внеатмосферными истребителями? Не тот, извините, масштаб.