Просторная застекленная ниша с надписью на двери — «Бистро», людей внутри почти нет. Когда Макс зашел, Вадим уже сидел за дальним столиком.

— Признаться, я думал, все будет гораздо проще, — сказал Макс, присаживаясь рядом. — Без суеты.

— А проще и не бывает, — пробормотал Вадим, глядя куда-то в сторону. Кстати, вот и Лена.

Темноглазая Лена вошла в бистро, на ходу расстегивая шубку.

— «Коридор» открыт, — сказала она Максу, присаживаясь за столик. И спросила у Вадима:

— Ты заказал мне завтрак?

Тот кивнул.

— Всем как обычно.

Официантка принесла три свиные отбивные с жареной картошкой, зеленый горошек, сизые маринованые маслины и томатный сок.

У Макса аппетита не было, он заглянул в конверт. Переложил в бумажник несколько купюр разного достоинства, опустил во внутренний карман билет в глянцевой обложке, раскрыл паспорт. Гражданин России Макс Томпсон. Звучит, прямо скажем, странновато. А вот метрика… Голубоватая бумага, водяные знаки, подписи, официальная печать. Карданов — Томпсон тяжело вздохнул.

— Что нибудь не так? — спросила Лена и улыбнулась. Вокруг губ у неё осталась полоска томатного сока.

— Все так, — улыбнулся в ответ Макс и показал рукой:

— Вытрите здесь.

Лена вытерла и неожиданно подмигнула. Она была достаточно красива, с хорошей фигурой. К тому же у молодых людей был отменный аппетит, крепкие белые зубы, превосходные физические данные: под обтягивающими штроксами Лены угадываются железные мышцы… Плюс коммуникабельность, располагающие к себе лица, будто виденные уже в каком-то из американских сериалов. Да, новая смена, следующее поколение, подрастающие волчата новой эпохи. Легко представить, как эта молодая пара занимается любовью среди тренажеров и шведских стенок, так же молча, сосредоточенно и слаженно вколачивая тела друг в друга.

Макс подождал, когда они закончат завтракать, выпил свой сок и встал. Лена и Вадим тоже поднялись и быстрым шагом направились к двери.

— Вам туда, — выйдя на галерею, Лена изящным пальчиком обозначила направление. — Шестой выход. Половина самолета — иностранцы. Ваших знакомых среди них нет. В соседнем кресле — коммерсант с Кипра, 42 года, ничего особенного. Счастливо!

Больше ни слова не говоря, молодые люди направились к лестнице в дальнем конце галереи. Макс проводил взглядом две пары быстро удаляющихся тренированных ягодиц.

Макс быстро прошел таможенный досмотр, получил печать в паспорт и перешагнул белую линию, условно отделяющую Россию от всего остального мира. И таможенник и погрпничник были с ним крайне предупредительны и подчеркнуто любезны.

Через полчаса он уже сидел на борту «Боинга», рядом с коричнево-золотистым, как копченая скумбрия, киприотом — не международным гангстером, не шпионом и не наркоторговцем, а следовательно, по меркам разведки, человеком, ничего особенного из себя не представляющим.

За иллюминатором чинно проплыл топливный тягач. Потом где-то далеко-далеко засвистели двигатели, постепенно набирая обороты. Красивая стюардесса со значком авиакомпании на высокой груди, произнесла традиционную предполетную речь и исчезла. Огромный «Боинг» встряхнулся, разбежался и взмыл ввысь, заснеженный подмосковный лес провалился вниз. Потом пространство за толстым стеклом помутнело, забелилось туманом облаков.

Над ухом что-то спросили по-английски.

Макс оторвал голову от иллюминатора. Стюардесса — стройная мулатка с ослепительной улыбкой, — катила по проходу тележку с напитками.