— Конечно, именно поэтому последние сорок лет вы болтаетесь вокруг трёхсотлетнего возраста и совершенно не спешите жить дальше, — поддел его Арти. — В общем, Нарелин, всё достаточно просто. Мы закидываем материал в миры, живущие «на другой скорости», и буквально через неделю забираем результат. Кстати, обычная практика. Нами пользуются точно так же. А стоит это дорого. Что говорить.

Нарелин потряс головой.

— Не вполне понимаю. Один мир — и несколько его «отражений»? И в каждом разная скорость течения времени? И больше никаких отличий?

— Отличий до фига, — возразил Лин. — Но сходства всё же больше.

— Они очень странно стабилизируются относительно нашего времени, эти вселенные, — заметил Пятый. — Задерживаться там нет никакого смысла. Нам и тут хватает.

— А есть ли осевое время для каждой вселенной? — заинтересованно спросил Клео. — Или, так сказать, полный релятивизм?

— Теоретически есть. Практически… — Лин замялся, подыскивая слова. — «Человек есть мера всех вещей». Смешно? Есть оно, Клео, есть. Другое дело — любой закон можно обойти. Или нарушить.

«Сознание определяет бытие», — подумал Нарелин. Подумал, впрочем, «громко», на публику. А вслух сказал:

— Получается, что главный закон — сам человек, именно он определяет правила, и нет ничего невозможного. Хорошая система, мне нравится… я тоже всегда так считал. Мне говорили — невозможно! — а я плевал и делал. Конечно, удавалось не с лёгкостью, но законы, вроде бы незыблемые, оказывались не такими уж столпами. Клео свидетель. Клео сдержанно кивнул.

— Когда спасаешь жизнь тому, кого любишь, не думаешь о законах, — едва слышно сказал Пятый. — На законы плевать. Пусть даже законам не плевать на тебя. Это не система, Нарелин. Скорее вера. Я не смогу объяснить. Прости.

— Законы природы существуют независимо от наших чувств, — заметил Клео, — от нашей любви закон гравитации не исчезнет и время вспять не обратится. Впрочем, бог с ним. А что думают о ситуации наши подопечные? Радал, Каин, как вы считаете, нужно лететь на поиск или вначале на Орин?

За последний час Нарелин успел просмотреть считки о том, что произошло с мальчишками в Вирбире. И поневоле отметил, что предложение лететь на Орин, наверное, равнозначно тому, как если бы юной паре предложили снова отправиться в зубы к Халду и Аки. А скорее всего — хуже. Те хоть и сволочи, но по крайней мере свои, понятные. «На их месте ни за что бы не согласился», — подумал Нарелин.

Каин вопросительно посмотрел на Радала, тот пожал плечами.

— Вам виднее — сказал он. — Если я правильно понимаю, выбора у нас нет?

— Почему нет? — тут же отозвался Пятый. — Нож у тебя. Действуй.

— Пятый, он сказал о нормальном выборе, а не об очередном инфернальном решении. Ты запутался окончательно, так что, пожалуйста, помолчи, — приказал Арти. — Лин, мысли есть?

— К сожалению, он был прав, остаётся только поиск. — Лин беспомощно развёл руками. — Вернее, не поиск даже, а выход в нужные точки. Плохо только, что Встречающих мы не имеем права вызвать.

— Они в курсе, — ответил Арти.

— Кто ещё в курсе? — тут же спросил Пятый.

— Семьсот восьмидесятый экипаж, конечно, — удивился Арти. — И официалы. Так что работайте, работайте, господа.