— Хм, хорошая мысль. Мне нравится.

— У нас ничего не выйдет. Это там, с чистого листа можно было без бунтов и возмущений такую систему применить. А в России только заикнись, так те же купцы так народ перебаламутят, что улицы кровью зальём, чтобы пожар притушить.

— Ты давай-ка ещё туда наблюдателей отправь, больно уж тема с налогами интересная выходит.

— Думаешь, уйдёт от нас Бережков рано или поздно? — поразмыслив, сделал про себя какие-то выводы Обдорин.

— Да, вроде не собирается. Или у тебя иные сведения имеются?

— Вроде нет. Он стал прилично вкладываться финансами в свой комплекс подземных лабораторий, с их экспериментальным производством. Траты настолько существенные, что твой советник Мещерский скоро отчаянно завидовать начнёт. Князь их исследовательский центр уже по финансам и штату изрядно обгоняет.

— Не совсем понял, что ты мне хочешь этим сказать? — чуть подумав, обронил государь.

— Он основную науку у себя оставил. У нас, в России. Но серийное производство, которое опирается на русские разработки, тиражирует в Азию. Как мне докладывали, самые простенькие микросхемы теперь и Япония делает, причём в большем количестве, чем у нас. Мещерский, так тот вообще ждёт технологический прорыв, как только японцы смогут полноценную линейку промышленных чипсетов освоить.

— Это ещё что за зверь, и почему у нас его нет? — очень резко отреагировал государь на весьма неприятные новости.

— У нас есть. Но количества единичные. Мы, русские, на коленке очень многое можем сделать, но вот запустить потом это дело в серию, тут уже кто-то другой нужен. Хотя бы тот же немец. Японцы, кстати, тоже неплохо справляются. Что такое чипсет — так это сборка из микросхем разной сложности, позволяющая создавать компьютеры и прочие электронные мозги, где задействованы процессоры. Нынче их куда только не суют. В те же станки, телефонные коммутаторы и штурманские столы. Так что надо их много.

— А это с чего ты взял, что японцы лучше нас умеют изготавливать серийную продукцию?

— Машины от них хорошим потоком идут. Не хуже, чем от нашего АМО. По крайней мере завезли их за прошлый год в Россию примерно столько же, сколько российский завод за год выпустил, — обтекаемо ответил князь.

— Может, пошлину увеличить?

— Так хозяин у них один и тот же, и должен заметить, очень изобретательный. К тому же, помниться мне, что кто-то ему льготы на довольно долгий срок пообещал. Так вот он ими и пользуется.

— Не было у нас с ним договорённости о торговле с Японией без пошлин, — сурово наморщил лоб государь.

— А с Сахалином были? — вкрадчиво осведомился князь.

— Ну, были… — вынужден был признать Рюмин.

— Так он их там окончательно и собирает. А затем без всяких пошлин к нам везёт. Желаешь докопаться? Можно сразу забыть. Юристы тебе на раз объяснят, что это дело проигрышное. А потом, стоит ли оно того? С Сахалина к нам сейчас завозят ту технику, в которой у нас самих недостаток.

— И всё равно, чую, что не всё в этом вопросе решено правильно, — вполне слышно скрипнул государь зубами.

— Государственную программу по автомобилям нам сейчас не вытянуть. Ну, по крайней мере мне так кажется, — обозначил свою точку зрения князь Обдорин, ступая по тонкому льду. Пусть ему и не впервой государю что-то советовать, но не по столь уж узким и специфическим вопросам, — Кроме того, там уже патентов, кстати, весьма интересных, целая куча. С ними-то что делать?

— Мещерский эти патенты видел? — уцепился государь за свою последнюю линию обороны.