Беван так крепко затянул узлы на щиколотках и запястьях Элис, что ее руки и ноги почти сразу онемели. Он заставил ее разжать челюсти и засунул кляп глубоко в рот. Потом он поднял ее, держа за веревки, словно она была мешком с зерном, и швырнул в глубокий шкаф. Элис больно ударилась головой о толстое деревянное дно. Она услышал приглушенный крик Лайлы, и через мгновение на нее свалилась плетеная корзина с отчаянно верещавшей обезьяной. Потом дверцы захлопнулись, оставив пленниц в полной темноте. Заскрежетал замок.

Звук был такой, словно рядом точили нож.

Лес был наполнен звоном. Солдат бил мечом по щиту. А Сибилла чувствовала себя каменным изваянием, неподвижно застыв в седле Октавиана.

— Бунтовщики, выходите! — приказал солдат, и его громовой голос раздавался так громко, словно на поле сражения.

Сибилла смотрела снизу вверх на хорошо замаскированные жилища в кронах деревьев. Стояла полная тишина, хотя на земле повсюду были видны горящие костры, на которых кипели большие и маленькие котлы, а на очищенном от снега участке земли что-то клевали цыплята.

Им не удастся спрятаться от нее!

Сибилла сделала глубокий вдох.

— Я Сибилла Фокс, хозяйка замка Фолстоу, сестра леди Элис. Вы окружены вооруженными солдатами. Приведите ко мне сестру — миниатюрную девочку со светлыми волосами, и немедленно, или я сожгу эту деревню дотла.

Ответом ей был лишь свист ветра и скрип ветвей. И еще откуда-то издалека донеслось сдавленное рыдание женщины.

Сибилла досчитала до десяти и приказала солдатам:

— Запалить деревья!

Ее люди, ни секунды не раздумывая, бросились выполнять команду. Они пробежали по деревне, разбрасывая у наземных построек и стволов деревьев сухое сено и поджигая все, что может гореть. Потянуло едким черным дымом.

— Отзови своих псов, бессердечная ведьма! — послышался хриплый голос, и под одним из домов показался сгорбленный старик.

Развернулась веревочная лестница, и он начал спускаться, сверля Сибиллу ненавидящим взглядом.

— Я сказал: отзови их!

— Ты не можешь мне приказывать, старик, — спокойно ответила Сибилла, в то время как солдаты продолжали свое дело. — Где моя сестра?

— Ее семья скорее умрет, чем отдаст ее такой, как ты! — заявил старик.

Спустившись на землю, он быстрыми шагами направился к Октавиану.

Перед конем Сибиллы словно из-под земли возник солдат и нацелил арбалет прямо в грудь старику.

— Еще один шаг — и ты мертвец.

Сибилла услышала негромкий щелчок. Значит, оружие готово к стрельбе. Старик остановился и устремил взгляд на торчащую из арбалета стрелу.

— Нет! — прокричал тоненький детский голосок, и в мгновение ока деревья словно ожили.

В дыму стали видны многочисленные лестницы, по которым спускались люди.

Не прошло и минуты, как на земле оказалось не меньше трех десятков человек — мужчин, женщин и детей, изнуренных, грязных, одетых во что попало. Сибилла сразу заметила маленькую девочку, которую обнимала за плечи взрослая женщина. Обе протискивались в первые ряды собравшихся.

Сибилла подобрала юбки, высвободила ногу из стремени и спрыгнула с Октавиана. Солдаты, прекратив поджигать сено, окружили жителей и теперь внимательно смотрели на хозяйку, ожидая дальнейших распоряжений.

Сибилла подошла к людям и остановилась в шести футах от девочки и ее матери.

— Ты солгала мне, малышка.

Девочка решительно помотала головой. Ее глаза были широко открыты и казались немного выпученными, лицо было белее мела, а на щеках полыхали яркие пятна.

— Я не малышка! — крикнула она и гордо вздернула подбородок. — Мне уже тринадцать!

В эту минуту она была так похожа на Элис, что Сибилла с большим трудом заставила себя сохранять спокойствие.