– Да, мне тоже так показалось. Я хотел проследить за Дэмпси и посмотреть, кому он продаст письмо и карту, но, к сожалению, в таверне развернулась очередная драка, и в суматохе я потерял его. И чуть ли не поселился в этой таверне на следующие несколько дней, но больше не видел его.

– Он мертв, – сказал Натан холодно. – Гордон убил его. Думаю, секунд через пять после того как получил свое. А почему ты мне ничего не сказал?

– Ну, как только я понял, что он обокрал действительно тебя и леди Викторию, то осознал, как сильно ошибался в тебе. Зачем бы ты стал нанимать кого-то, чтобы тебя ограбили? Кроме того я точно знал, что ты никогда не причинишь вреда леди Виктории. И тогда я решил, что срочно должен искупить свою вину за то, что так поступил с тобой.

Натан взглянул на Викторию, и она кивнула: он был абсолютно прав, рассуждая прошлой ночью о мотивах Колина.

– Продолжай, – сказал он.

– Понимая, что скорее всего больше не увижу Дэмпси, я отплыл на острова Силли и поискал там немного, но ничего не нашел. Я был очень удивлен неожиданной встречей с Гордоном, тем более что у него морская болезнь и он ненавидит путешествия по воде. Разговаривая со мной, он отклонялся от ответов, как и я, разумеется. Мы вместе вернулись в Пензанс. Расстались очень любезно, но мои подозрения только возросли. Я решил вернуться домой и немного подслушать, чтобы получить какие-нибудь сведения. Хотел узнать, нашел ты драгоценности или только приближался к разгадке.

– Очевидно, после этого ты и пошел обыскивать мою комнату, – сказал Натан.

– Да. Я слышал, как ты упомянул свой план местности. Узнав, что он в каблуке твоего ботинка – неплохой тайник, кстати, – вместе с картой и письмом, я понял, что до этого шел по ложному следу.

– А что было в мешке, который ты нес, удирая из дому? – спросил Натан.

Колин усмехнулся:

– Чистая одежда.

– Хм. Что же произошло, после того как ты подслушал и украл мои бумажки?

– Я вернулся в таверну в Пензансе и всю ночь просидел над этим рисунком, тщетно пытаясь понять, куда идти дальше. Но тут судьба постучалась в мою дверь в лице лорда Уэксхолла. Я заканчивал завтрак, когда он вошел в столовую. Мы были сильно удивлены, увидев друг друга.

С этого места рассказ подхватил отец Виктории:

– Прошлым вечером я прибыл в Пензанс и решил изучить окрестности, прежде чем показаться.

– Натура шпиона, – сказал Натан с улыбкой. Уэксхолл улыбнулся в ответ:

– Да, старые привычки не умирают. В общем, мы с Саттоном поговорили, и он посвятил меня в свой план найти драгоценности и восстановить доброе имя Натана. Я заикнулся о карте, которую спрятал в багаже Виктории... – Он взглянул на дочь, виновато улыбнувшись: – Ты уж прости.

Откашлявшись, он продолжил:

– Саттон показал мне письмо, карту и рисунок – все, что взял из комнаты Натана. Я тут же заметил, что карта заметно отличалась от моей.

Натан бросил взгляд в сторону тут же разволновавшейся Виктории.

– Я же говорила, я не художник, – сказала она, защищаясь. – И кстати, это ваша коза съела подлинник.

– Коза? – спросил отец, подняв брови.

– Потом объясню, – ответила Виктория, – продолжай.

– Так вот, Саттон изучил мою карту и чертеж Натана. С настоящим рисунком он быстро догадался, что это три потока воды, помня, что это место Натан еще не вычеркнул из своего плана. Мы сопоставили все факты и теории и поняли, что раз ни один из нас не был причастен к провалу и оба мы не верили в преступность Натана, то оставался лишь один человек – Гордон.