Сослуживцы пришли в не меньшее волнение, чем я, — потому, вероятно, что их общественная и личная жизнь была так же бедна событиями, как и моя, и они радовались любым новостям, своим или чужим.

Недовольна была только Меган.

— Гас? — скривилась она. — Ты увидишься с Гасом? Но что случилось? Где ты с ним встретилась?

— Нигде, он мне позвонил.

— Вот подонок! — воскликнула она.

Ответом ей стал дружный хор возражений.

— Ничего подобного! — возопила Меридия.

— Не трогай Гаса, он классный парень, — вторил ей Джед.

— Так что случилось? — будто не слыша, спросила меня Меган. — Ну, позвонил он тебе, а дальше?

— Предложил встретиться.

— А зачем, не объяснил? — не унималась она. — Он сказал, что ему от тебя нужно?

— Нет. Я и не спрашивала.

— И ты собираешься пойти? Когда же?

— Завтра.

— Можно мы с тобой? — заныла Меридия, которая на четвереньках ползала по полу, собирая скрепки.

— Нет, Меридия, в другой раз, — сказала я.

— Никогда с нами ничего интересного не происходит, — закапризничала она.

— Ну да, — жизнерадостно возразил Джед. — А как же противопожарные учения?

Учебную тревогу в нашей компании объявляли на прошлой неделе, и, честно говоря, было действительно очень весело — главным образом потому, что мы узнали о ней загодя. Гарри из службы безопасности проболтался Меган, рассчитывая таким образом снискать ее благосклонность. Поэтому за два часа до звонка мы уже надели пальто и собрали сумки, готовые сорваться с места по первому сигналу.

Согласно заблаговременно розданным нам памяткам, я была старшей по эвакуации, но что это такое, понятия не имела, и никто мне не объяснил. Так что, вместо того чтобы эвакуировать сотрудников, я воспользовалась всеобщей суматохой и разбродом и отправилась на Оксфорд-стрит гулять по обувным магазинам.

— Люси, не встречайся с ним, — строго сказала Меган. Кажется, она была расстроена.

— Все в порядке, — успокоила я, тронутая ее заботой. — Я за себя отвечаю.

Она покачала головой.

— Он тебе не пара, Люси.

И весь остаток дня молчала, что для нее совершенно не характерно.

Назавтра, придя на работу, Джед признался, что всю ночь не мог уснуть от волнения. А потом весь день жаловался, что у него в животе порхают бабочки.

Он настоял на том, чтобы перед встречей с Гасом лично проверить, как я выгляжу.

— Удачи, агент Салливан, — напутствовал меня он. — Наша судьба в твоих руках.

Давно уже я не чувствовала себя такой молодой и счастливой. Как будто жизнь только начинается.

Гас ждал меня у подъезда, лениво переругиваясь с Уинстоном и Гарри (как потом выяснилось, не без основания). Когда я увидела его, у меня екнуло сердце: он был прекрасен, и черные, блестящие кудри все так же лезли в его ярко-зеленые глаза.

Четыре месяца разлуки ничего не могли сделать с его притягательностью.

— Люси! — крикнул он, увидев меня, и рванулся ко мне, широко раскрыв объятия.

— Гас, — улыбнулась я, надеясь, что он не заметит, как стучат у меня зубы от волнения.

Он обнял меня, крепко прижал к себе, но мое безудержное счастье вдруг померкло: от Гаса пахло спиртным.