— Вы живы? — прокричал подбежавший со стороны конюшни Грэм.

Рейф быстро сел и поставил Мэй перед собой.

— Цела и невредима, радость моя? — спросил он, торопливо ощупывая ей руки и ноги в поисках возможных переломов.

Мэй, с глазами чуть ли не в пол-лица, молча кивнула. Убедившись, что с девочкой все в порядке, он со вздохом облегчения прижался лбом к ее лбу. Эти происшествия становились почти предсказуемыми — с такой регулярностью и частотой они происходили. Теперь в них стали участвовать и маленькие девочки.

— Мэй!

По ступенькам парадной лестницы спешила Фелисити, следом торопился Бикс. Пока Рейф поднимался на ноги и помогал встать Мэй, в голове у него мелькнула забавная мысль, что бедный Бикс, пожалуй, так бегал последний раз во времена их с Куином детства.

— Мы живы, — пролепетала Мэй, растерянно отряхивая с платья грязь и прошлогодние листья.

Фелисити подхватила сестру на руки.

— Ты как, Рейф?

— Зол как черт! — Он повернулся к подходившим рабочим: — Чья это подвода? От группы работников, приехавших из Честера, отделился здоровенный дородный мужчина, стянул с головы шляпу.

— Подвода моя, сэр. Старушку Джульетту укусил шершень. Она этих тварей на дух не переносит.

Взбешенный Рейф подлетел к нему:

— Надо лучше присматривать за своими лошадьми! В следующий раз проверь десять раз, в порядке тормоз или нет, а не то я сам проверю: прицеплю лошадей к твоей таратайке — и посмотрим, как скоро она остановится!

— Да, сэр!

— Ладно. За работу!

Повернувшись, Рейф увидел, как Лис приводит в порядок шнуровку на платье Мэй, и воспользовался моментом, чтобы хоть немного собраться с мыслями. Ни одно из предыдущих происшествий не подействовало на него так сильно, как это, и он знал почему. На этот раз опасности подвергся ребенок, который был ему бесконечно дорог.

— Это было совсем уж… в лоб, тебе не кажется? — спросила Фелисити, отправив дворецкого отвести сестру в дом.

— Слишком часто эти чертовы происшествия случаются, вот что! — раздраженно бросил он в ответ. — Мэй или ты могли пострадать.

Фелисити подошла к нему и тронула за руку:

— Смотри, ты порезался.

Рейф посмотрел. Из длиной глубокой раны на предплечье сочилась кровь.

— Пустяки.

— Никакие это не пустяки! Дай я промою. — Она озабоченно покосилась на него: — Я не умею ампутировать конечности и тем более не желаю делать это на тебе.

Рейф чуть расслабился, хотя внутри все еще кипел от гнева и тревоги.

— Ладно, если ты так за меня беспокоишься… Фелисити отвела его на кухню и усадила на стул.

— Салли, принеси, пожалуйста, горячую воду и чистую ткань.

— Хорошо, мэм.

Фелисити еще раз внимательно осмотрела рану.

— Тебе лучше снять рубашку.

— Из-за пустяковой царапины на руке? — приподнял бровь Рейф. Кровь прилила к ее щекам.

— Просто нужно убедиться, что ты больше нигде не поранился…

Салли вышла, и заулыбавшийся Рейф потянул Фелисити вперед, стремясь усадить себе на колени.

— Не снять ли нам с меня заодно и бриджи? — шепнул он, жадно целуя ее в губы.