— Найджел ведь забыл…

— А я не Найджел. — Рейф ласково взял Фелисити пальцами за подбородок и поднял ее лицо, чтобы та посмотрела ему в глаза. — Я людей на произвол судьбы не бросаю. Тем более дам, к которым отношусь с такой же нежностью, как к вам с Мэй.

— Но ты же ради этого ни с кем не оставался, верно? — выдохнула она и выскользнула из его объятий. Резко развернувшись, Фелисити едва не врезалась в подошедшего Джеймса Барлоу, лорда Дирхерста.

— Прошу прошения, милорд!

— Ничего страшного, Фелисити. — Дирхерст встал радом с ней и с подчеркнутым интересом оглядел заставленный все возможными яствами стол. — Итак, очаровательная леди ведает очаровательными угощениями.

— Спасибо, Джеймс, — поблагодарила Фелисити, радуясь перемене темы, потому что по выражению лица Рейфа поняла, что тот исполнился решимости ей возразить. — Не желаете попробовать кусочек?

Он бросил на нее дружелюбный взгляд и улыбнулся.

— С большим удовольствием.

— Вы как раз успели к обеду, Дирхерст, — любезно добавил Рейф, правда, таким тоном, каким, вероятно, кот пригласил бы мышь заглянуть к нему на чашку чая. — Вам лучше всего сейчас погулять. Все остальные уже успели наработать себе неплохой аппетит.

Колкий выпад был весьма откровенным, и Фелисити бросила на Рейфа предостерегающий взгляд. Ей только и не хватало перебранки во дворе, да еще в присутствии многочисленных гостей. Рейф умело избежал ее взгляда, а граф, казалось, и вовсе не заметил оскорбления, потому как раз в этот момент принимал из ее рук изрядный кусок абрикосового пирога.

— Действительно. Вид у конюшни… просто прелюбопытный. Аплодирую тем усилиям, которые вы приложили, для чего бы это ни делалось.

— Благодарю. Возможно, вы все поймете, когда увидите результат. — Рейф поставил на стол бокал, сунул в рот два пальца и пронзительно свистнул. Встав лицом перед гостями, он заговорил зычным голосом: — Только что прибыл наш последний и самый почетный гость. Так что пора начинать то, ради чего мы все здесь собрались. Давайте свалим эту конюшню! В ответ раздались нестройные возгласы, исполненные веселья и энтузиазма. У Фелисити тревожно заколотилось сердце.

— Рейф! — торопливо шикнула она. Господи, до чего же глупыми бывают порой мужчины!

— Да? — Он пододвинулся ближе.

— Джеймс уж не упустит возможности поднять тебя при всех на смех, если ничего не получится.

Рейф посмотрел ей в глаза:

— Все получится. Спасибо за доверие.

— Но я…

Однако Бэнкрофт уже отвернулся и громко похлопал в ладони.

— Внимание! Могу я попросить присутствующих здесь джентльменов быть столь любезными и по двое взяться за концы канатов, которыми обвязана конюшня? И где, кстати, мисс Мэй.

— Я тут! — пропищала девочка, подбегая к Рейфу.

Он небрежно отодвинул в сторону несколько тарелок с пирогами и, подхватив девочку под мышки, играючи поставил на стол.

— Когда Мэй сосчитает до трех, все начинают тянуть изо всех сил и до тех пор, пока я не скажу, что хватит!

— Можно считать? — От охватившего ее восторга Мэй разве что на месте не подпрыгивала.

— Пока нет, только по моему сигналу.

— Есть, капитан! — залихватски отсалютовала она в ответ.

Рейф вместе с Грэмом взялся за один из канатов, который был привязан к ближайшей стене конюшни. Вокруг всей постройки болталось еще с десяток канатов, и от этого она казалось каким-то невероятным майским деревом — украшенным цветами столбом, вокруг которого так любит танцевать простой люд.