Когда они приблизились к воротам, из-за маленькой дверцы показалась горилообразная фигура стражника, голову которого украшал шлем-котелок. На высоте двадцати футов за зубцами крепостных стен сверкали шлемы других стражников.

— Кого черти принесли? — рявкнул горилообразный стражник. — Мы как раз собирались закрывать ворота, — в руках стражника был арбалет.

Конь Гоула фыркнул и замотал головой.

— Ну? — стражник перехватил арбалет поудобнее.

Дьюранд отстранено подумал, что если стражник разрядит в него арбалет с такого расстояния, то стрела либо пробьет горло навылет, либо застрянет, и тогда ее оперенье будет торчать прямо у него из под подбородка. В любом случае выстрел сразит его наповал.

— Давай же, — прошептал сзади Гоул.

Лунный свет блеснул на острие арбалетного болта.

— Чего вам надо в городе? Репу на базар привез? Герцогу горячие головы в городе не нужны. Ясно?

Герцог. Дьюранд почувствовал, как где-то внутри него вспыхнула искорка вдохновения.

— Ясно, — кивнул Дьюранд. — Но мы не собираемся устраивать здесь свары. Мы прибыли, чтобы встретится с герцогом.

Стражник качнул арбалетом. "Теперь, если у него дрогнет рука и он спустит тетиву, стрела попадет мне в бедро или убьет подо мной лошадь", — мелькнула в голове Дьюранда мысль.

— Зачем? — протянул стражник. — Ищете работу? Неплохая мысль.

— Точно. Хотим наняться в его дружину.

— Ясненько, — кивнул стражник. — Только вот герцога нет. Уехал он в Мантльуэлл. В паломничество.

Мантльуэлл. Дьюранд с ненавистью уставился на стражника, борясь с желанием закатить ему затрещину.

— Мы подождем его, — резко бросил он. — Или поговорим с капитаном твоей стражи.

— Вообще-то я вполне могу отправить вас восвояси… — стражник опустил арбалет, не двигаясь при этом с места, что очень удивило Дьюранда. Стражник, задрав голову, посмотрел вверх.

Наконец, до Дьюранда дошло, что стражник выпрашивает у него деньги. Дьюранд закрыл глаза. В его кошельке не было ни гроша. Затылком он чувствовал тяжелый взгляд Гоула.

И тут, подобно вспышке молнии, Дьюранду пришла в голову идея. Он повернулся к Гоулу.

— Мальчик мой, вознагради этого война за терпение, кинь ему пару монет.

Гоул, смерив Дьюранда холодным взглядом, сорвал с пояса кошель и швырнул его стражнику.

— Спасибо капитан, — отозвался тот. — Проезжайте, только смотрите, чтобы ваши ребята не бузили. У нас город тихий, законы мы уважаем.

Дьюранд, пришпорив коня, направил его прямо в распахнутые крепостные ворота, ведущие в город, размышляя, вздернет ли лорд Радомор стражника-негодяя или все-таки сжалится над ним.

Вскоре они подъехали к потемневшим от времени дверям трактира. Усмехнувшись, Мульсер посмотрел на Дьюранда.

— Куда теперь? — донесся до них голос Радомора.

— Здесь есть комната, — ответил лорду один из чернецов. — Ваше сиятельство сам убедится, что она расположена просто идеально.

Солдаты проследовали в трактир за своим господином. Странно, но трактир был абсолютно пуст, тогда как, учитывая позднее время, должен был быть забит под завязку. Сверху, со второго этажа, до Дьюранда донеслись звуки шагов.

Руки солдат покоились на рукоятях мечей, словно они ожидали, что противники могут в любой момент полезть в окна и двери. Похоже чернецы многое поставили на кон и решили снять весь трактир. Дьюранда охватило волнение. Он был уверен — супруга Радомора невиновна, и надеялся, что на рассвете чернецов ждет суд за лжесвидетельство.