Я не поверил своим ушам и переспросил:

— Это значит да?

— Да, я хочу с тобой встречаться. Насчет родителей, детей и совместной жизни до гроба, я думаю, мы позже поговорим, — девушка лукаво улыбнулась.

И мы поцеловались.

* * *

Он необыкновенный. Наверное, так думает каждая девушка, которая начинает встречаться со своим первым парнем. Что он самый красивый или самый умный, а может, он лучше всех играет в бейсбол или на гитаре. Потом она представляет их свидания, как она знакомит его с родителями, друзьями, свадьбу, имена детей, уютную квартирку с балконом…

У меня всего этого не будет. Не из-за того, что мой парень — оборотень, то есть существо другого вида. А потому что меня выбрали воспитательницей в эльфийскую группу. Нельзя сказать, что раньше я об этом никогда не думала, нет, думала, причем еще с первого курса.

Думала о том, что меня точно не выберут, как будет здорово, если все-таки выберут, как я буду с гордостью рассказывать об этом в своей деревне, как терпеливо я буду обращаться с эльфятами, учить их новым словам, знакомить с этим страшным для них миром. Думала о том, куда я бы поехала в свой годичный отпуск между первой и второй группой.

Где-то на заднем плане мелькали мысли и о том, что я не смогу выйти замуж или иметь детей, но я никогда не влюблялась, не встречалась с парнями, даже подружек у меня не было, поэтому все эти ограничения выглядели для меня неважными. Как можно сожалеть о том, чего у тебя никогда не было?

Но теперь я не могла избавиться от мысли, что меня жестоко обманули. Меня обокрали. Как можно заставить человека полностью забыть о возможности получить семью? И я ведь люблю детей. Поэтому я и пошла в воспитатели. Но своих детей у меня никогда не будет.

Отказаться? Нет, я уже не могу отказаться. Меня поймали на эту приманку престижности и уникальности. Кроме того, малыши начали потихонечку ко мне привыкать, и если еще раз сменить им воспитателя, это может серьезно отразиться на их психике. И я подписала контракт перед началом обучения под руководством Натаниэля, где обязуюсь отработать минимум двадцать лет и выпустить группу. Даже не представляю, какие там штрафы прописаны, я не вчитывалась.

Может, Стан прав, и он действительно мой идеальный вариант?

Когда он говорил про возможные возражения и сразу отвечал на них, меня неприятно поразила логичность его слов. Про родителей, продолжительность жизни, детей… Если бы он не закончил искренним признанием в любви, я бы, наверное, разревелась и убежала. Смешно. Убежать от оборотня.

Сложно отрицать правдивость его слов. И меня так растрогал тот факт, что он ради меня все выходные смотрел глупые сериалы про выдуманную романтику. Я даже не могла представить его занимающимся такой ерундой.

И его губы… Девчонки в универе шутили, что с оборотнями никто не встречается из-за запаха псины и вони изо рта. Дуры они все. У него аромат древесной коры и мощи. Рядом с ним я чувствовала себя сильнее и лучше, чем есть на самом деле.

Словом, на занятиях с Натаниэлем я была непростительно рассеяна. Постоянно вспоминала о нем, о наших разговорах, о его сиящих глазах, о том, как он осторожно обнял меня на прощание и прошептал на ухо, что завтра хочет отвести меня в Экстрим и представить как свою девушку.

— Анастасия, у вас что-то случилось? Вы все время отвлекаетесь, — резче, чем обычно, сказал Натан.

— Да, простите, я постараюсь сосредоточиться, — устыдившись, извинилась я.

— Нужно говорить не «постараюсь», а «сосредоточусь». Не говорите никогда о том, что вы попробуете, постараетесь или попытаетесь, эти слова служат вам оправданием при неудаче или лени. Если же вы будете мыслить сразу словами действия, вам будет сложнее уклониться от их исполнения.