Мальчишки разулыбались, эльфеныш хихикнул, резанув инфразвуком.

— Вот я и искал кого-то вроде вас, чтоб показали, как тут все обстоит на самом деле. Сдавать никого никуда не собираюсь. Хочу реально помочь тем, кому смогу.

— Ха, нашел дурачков, — сплюнул пацан в синей шапке, но Ник, знакомый по паркуру, положил ему руку на плечо и тихо сказал:

— Макс, остынь. Стан — нормальный.

— Да ну вас к черту. Что, сказали несколько слов, и вы все потекли? С понтами теперь дружить начнем? Как будто не знаете… — Макс замолчал и вышел из подворотни, едва не задев меня плечом.

Ник растерялся и испуганно посмотрел на остальных ребят. Кажется, Макс играл у них не последнюю роль. Но тут вмешался эльфеныш:

— Да ну ладно. Это ж Макс, побухтит и остынет. Словно в первый раз. Значит, ты паркуром занимаешься? А чего ролики не снимаешь? Стал бы звездой Ютуба.

После его слов мальчишки расслабились, тихонько начали переговариваться между собой, и мы все вместе вышли обратно на улицу, направившись в центр. Видимо, Лей у них был кем-то вроде серого кардинала.

— Во-первых, нужна камера нормальная, чтобы в движении могла снимать, а во-вторых, мне это неинтересно. Да и интерес к паркуру поугас в последнее время. Это только в городе благодаря парку еще как-то держимся.

Мы поболтали с мальчишками еще немного, сходили вместе в парк, где Ник показал пару выученных трюков, а потом мы с Виком прошли пятерку в тандеме, вызвав бурю восторгов. Возможно, я действовал не совсем по правилам, но чтобы эффективно работать, мне нужно было наладить связь с детьми.

На прощание эльфеныш, все это время старательно прятавший уши под шапкой, пожал мне руку и сказал:

— Стан, ты вроде нормальный мужик. Но сам понимаешь, вот так сразу мы тебе не можем все выложить. Давай завтра часов в десять утра встретимся. У свечки.

Мальчишки ушли, а я решил сходить в последнюю школу на участке, но теперь сперва поговорил с охранником, а уж потом познакомился с очередной улыбчивой директрисой, которая заверила меня в том, что все ученики — примерные и послушные, что межрасовых проблем нет, а вот те второклассники, мутузящие мелкого оборотня, просто играют. Я ей покивал, а потом подошел к зареванному малышу, который был на грани оборота, прогнал хулиганов и сказал:

— А ты молодец, выдержал.

Тот всхлипнул, вытер нос рукавом и зло уставился на меня:

— Чего? Тоже скажете, что я сам виноват? Ой, — тут его взгляд изменился, — а вы ведь тоже?

— Ага, волчонок. Я тоже. И меня в школе тоже часто мутузили.

— И ты ни разу не обернулся?

— Ни разу. А знаешь, как я смог удержаться?

Малыш замотал головой, глядя на меня блестящими от слез глазами.

— Я все время думал, что уже через год стану гораздо больше них и сильнее. А еще через несколько лет закончу школу, а они будут и дальше просиживать тут штаны.

— Папа тоже так говорит. Но это еще целый год ждать!

— А еще ты можешь пойти на карате или бокс!

— Не хочу! Мне скрипка нравится, и учитель говорит, что я должен беречь пальцы.

— Тоже верно. Можно, конечно, пойти на тхэквондо, но тогда ты станешь слишком сильным, ведь ногами больнее драться. Айкидо не особо поможет в школе… Тогда может стоит убегать от них? Или ходить все время с кем-то из одноклассников?

Малыш улыбнулся, еще раз проведя рукавом по лицу:

— Да я обычно так и делаю, просто Петька заболел.

Глава 12

Натаниэль ходил взад-вперед по кабинету и пытался понять, где же он ошибся.