— Прости друг, — прошептал я и снова спустился в овраг.

Основная цель этого манёвра заключалась в том, чтобы сбить хищников со следа. Вода, тем более текущая, не имеет свойства сохранять запах. А в том, что стая рано или поздно заинтересуется очередным тёплым куском мяса, я не сомневался. Здесь, неподалёку от склона лежали ещё два тела, за которыми обязательно явятся звери. А уж почуять недавнее присутствие ещё одного двуногого для них особого труда не составит. Следовательно, мне стоит поспешить. Вот только тело вновь начало отдавать болью при каждом шаге. Пришлось остановиться и произвести ревизию аптечки. Но увы, второго шприца с энергетическим коктейлем обнаружить не удалось.

Обложив себя последними словами за тупость и непредусмотрительность, я поковылял дальше, стараясь держать ноги в ледяном ручье, пока хватало терпения. И снова полоса везения решила от меня ускользнуть. Ручей постепенно отводил меня от нужного направления, а значит, пришла пора с ним попрощаться. Действие препарата к этому моменту уже практически сошло на нет, и ноги я передвигал на чистой силе воли. Физические грозились покинуть меня в любую секунду. Казалось, химия лишь усугубила моё состояние, выкачав все резервы организма.

Но останавливаться нельзя. Если наши волки могли без проблем преследовать человека до нескольких суток, то местные звери ещё более настойчивы. Остаётся надеяться, что трёх тел им будет достаточно, чтобы утолить голод, и они не станут гнаться за гипотетической добычей. Тем более что, пошарив по округе, они смогут отыскать ещё четверых. Правда, не знаю: посмеют ли они сунуться в горы?

Я специально разгонял в себе страх перед смертью. Это придавало сил, которых, впрочем, хватало ненадолго. В тот момент, когда Диего выпустил нас с Жухлым в лес, мне казалось, что мы едва успели отдалиться от охотников. Но сейчас расстояние до склепа выглядело бесконечным.

Ноги уже не желали подниматься и, запнувшись о высокий корень, я полетел рожей в землю. Даже не успел руки перед собой выставить. Боль в разбитом носе и расцарапанной щеке быстро взбодрила измождённый организм. На энергии от адреналина я прошагал ещё с километр, когда в небе вдруг раздался вой.

Я остановился и прижался плечом к дереву, прячась за его раскидистой кроной. Первым делом я решил, что это синие наконец-то хватились пропавших людей и теперь спешат на поиски. Но вскоре сквозь ветви удалось рассмотреть громадную тушу корабля на западе. Кажется, европейцы покидали эти земли полным составом.

Осмелившись, я выглянул из-под дерева, чтобы получше рассмотреть происходящее в небе. Хотелось понять, что же так напугало грозных военных? И ответ не заставил себя ждать. Вокруг корабля кружилось… нечто. Оно действительно напоминало пчелиный рой. Чёрная масса периодически переходила в атаку и играючи оставляла после себя рваные раны в самом твёрдом сплаве, который только способно придумать человечество. Иногда часть роя отделялась и на некоторое время исчезала внутри, пока оставшаяся продолжала терзать механическую тушу. Жаль, у меня не было бинокля, чтобы рассмотреть всё в деталях. Но даже отсюда я видел, как люди предпочитали умереть от падения и покидали корабль через бреши в обшивке.

Экзекуция длилась недолго, по крайней мере, та её часть, которую мне удалось ухватить. На несколько минут корабль завис в воздухе, будто поддерживаемый роем, а потом его начало кренить и он резко нырнул вниз, подчиняясь гравитации. Само падение я не видел. Лишь спустя долгие несколько секунд под ногами задрожала земля, а по ушам ударил протяжный гул и скрежет. Но рой и не думал отступать: дождавшись падения, он тут же ринулся вниз, чтобы закончить начатое.

Из оцепенения меня вывел жуткий вой. А значит, все мои страхи оправдались и растерзанию трупов волчья стая предпочла охоту на живое мясо.

— Да чтоб вас вырвало! — выругался я и снова заковылял в направлении склепа.

Сейчас, когда я понимал, что счёт идёт буквально на секунды, ноги сами понесли меня к спасительному провалу.