Покончив с трапезой, Жухлый по привычке обежал территорию, оставляя после себя небольшие подтёки. Затем спокойно развалился возле меня, уложив жуткую морду мне на колени. Даже позволил потрепать себя по загривку, как настоящий ручной пёс.

К слову, пернатый, которого мы сейчас сожрали — это его добыча. Заметив птицу, я даже винтовку вскинуть не успел, как он одним точным броском, упокоил будущий ужин. Пришлось, конечно, за ним побегать, насколько мне позволяла больная нога, прежде чем отобрать добычу. Но сам факт…

— Завтра должны уже до лагеря добраться, — оповестил Жухлого я. — Ты, главное, никого не бойся, я тебя в обиду не дам.

В ответ волчонок широко зевнул и сладко почавкал. Глядя на него, я тоже растянул рот, едва не вывихнув челюсть. Вот же заразная штука…

Вместе с приятной тяжестью в животе пришла сонливость. И сопротивляться ей я не стал. Поправил Жухлого, сунул под голову рюкзак и уже через секунду провалился в царство Морфея.

Вот только выспаться сегодняшней ночью мне было не суждено. Я даже толком вырубиться не успел, как Жухлый подорвался и протяжно завыл.

Я подскочил и первым делом осмотрел мир через прицельную планку винтовки. А убедившись в отсутствии опасности, обратился к мохнатому другу:

— Ну и чего ты орёшь на всю округу?

Волчонок замер и бросил на меня такой взгляд, будто я конченый придурок и не желаю замечать очевидного. А затем отвернулся и снова завыл во всю глотку.

Вокруг царила ночь, но света двух лун хватало, чтобы рассмотреть всё, до самой кромки леса. Вот только там ничего не происходило, а до меня не сразу дошло, что Жухлый завывает в сторону руин. Лишь когда за деревьями проявилось слабое свечение, я начал догадываться, что дело вовсе не в хищниках. Что-то проснулось там, на кладбище былой цивилизации.

По хорошему, мне бы взять ноги в руки и двинуть подальше от опасного места, но я почему-то решил поступить иначе. Накинув на плечи рюкзак, я снова поднял винтовку и медленно двинулся к кромке леса, за которой начинались руины.

Жухлый заткнулся и поплёлся следом. Обычно, когда дело касалось каких-то зверей, он без раздумий бросался вперёд. Сейчас он даже уши прижал и натурально прятался за моими ногами.

Выбравшись на край поля усыпанного камнями и поросшего чахлым кустарником, я обнаружил источник свечения. И нисколько не удивился тому, что оно исходило от раскопок — било лучом прямо из шурфа.

Стало немного страшно, особенно учитывая то, что способно вырваться из застенок. Но любопытство продолжало гнать меня вперёд.

Жухлый совсем не разделял моего интереса и снова взвыл, замерев на краю поля. Я попытался его подозвать, но он так и не сдвинулся с места, полностью оправдывая свою кличку. Нет, я тоже испытывал страх, но моя бывшая профессия помогала обращать данную эмоцию в оружие. Понятно, если там окажется рой, мне не помогут никакие навыки, но заставить себя уйти было выше моих сил.

— Меня кто-нибудь слышит? — вдруг донеслось из раскопа. — Командный центр вызывает группу колонистов, приём. Меня кто-нибудь слышит? Командный центр…

И так по кругу, словно заевшая пластинка.

Я моментально растерял все остатки благоразумия и бросился к яме. Шутка ли, спустя долгие четыре года услышать голос с Земли⁈ Да мне в тот момент было совершенно наплевать на всё, что могло прятаться в руинах. Будь там хоть рой, хоть сам дьявол. Мне наконец-то подвернулся шанс понять, что происходит дома. Почему столько лет никто не выходил на связь? Почему европейцы без зазрения совести уничтожают наши колонии. И вообще: какого хера⁈

— Алё! Алё, бля! — закричал я в микрофон.

Меня даже не волновал вопрос, откуда в яме взялась радиостанция, а точнее, приличных размеров кусок панели управления.