— Почему?

— Она тебя любит.

— А я её нет.

— Это я уже поняла, — с каким-то непонятным вздохом произнесла норвежка. — Но ты мог бы сказать ей об этом помягче.

— Какая разница, если всё равно будет больно. Пусть лучше злится, так хоть немного легче.

— Пожалуй, ты прав.

Палуба погрузилась в тишину. Мне было интересно, о чём она сейчас думает, потому что я думал о ней.

* * *

— Теняев, на выход, — раздался голос за дверью.

— С вещами? — спросил я.

— Копытами шевели, юморист херов, — огрызнулся военный. — Тебя полковник ждёт.

Я поднялся со шконки и покинул камеру. С момента моего заключения прошло уже двое суток. Посетителей больше не было. Возможно, не пускали, а может, им просто нечего было мне сказать. И если первый день я провёл в изоляции с удовольствием, то утром Аду забрали, оставив меня наедине с моими мыслями. Естественно, никто мне ничего не объяснял, а рядовой, который приносил мне еду, не имел ни малейшего понятия о том, что происходит в лагере. И вот сейчас появился шанс всё выяснить.

Мы поднялись наверх, снова прошли через кают-компанию. Но на сей раз здесь было пусто, если не считать какого-то капитана, который кропотливо заполнял документы на своём планшете. Солдат постучал в переборку и лишь затем вдавил клавишу открытия. Створки разошлись, и он тут же вытянулся в струну.

— Тащ полковник, заключённый Теняев по вашему приказанию прибыл. Заводить?

— Да, пусть заходит, — вернулся ответ.

Бравый боец развернулся, чтобы прокричать мне разрешение в лицо, но я бесцеремонно отодвинул его в сторонку и протиснулся в кабинет. И замер у входа, сверля глазами Аду, сидевшую у стола полковника.

— А ты здесь как? — спросил я.

— Так же, как и ты, — с улыбкой ответила девушка.

— Проходите, Евгений. — Полковник указал на свободное место возле норвежки.

Я гнездился на неудобном стуле и снова покосился на Аду, а затем перевёл взгляд на полковника.

— Что-то случилось? — нарушил неловкую тишину я.

— Не совсем, но нам требуется ваша помощь. Помнится, вы что-то говорили о брошенном лагере Евросоюза.

— Он скорее уничтоженный, — поправил полковника я.

— Не суть, — отмахнулся он. — В общем, мы проверили вашу информацию и даже кое-что оттуда забрали. Но на обратном пути, мои люди столкнулись с какой-то аномалией. Отряд исчез, и поисковая группа не обнаружила никаких следов противника в этом месте.

— И при чём здесь я?

— Отряд исчез, когда проверял ваш маркер с пометкой «технологии древних». При этом все их вещи, техника и то, что они забрали в лагере противника, осталось нетронуто.

— Если вы хотите от меня узнать, что там произошло, то вы слегка не по адресу. В это время я находился в вашей камере.

— Можно я закончу? — сухим тоном поинтересовался полковник.

— Извините.

— Так вот, Ада любезно предоставила нам кое-какую информацию, в том числе и о вашем общении с неким интеллектом в пещере. И я не понимаю, почему вы об этом умолчали.

Я молча покосился на норвежку, но оправдываться перед полковником не стал. Он выдержал небольшую паузу, видимо, как раз для того, чтобы выслушать мои аргументы, но так ничего и не дождавшись, продолжил:

— Раз уж у вас есть хоть какой-то опыт контакта с технологиями древних, я хочу, чтобы вы осмотрели то место.

— Я понял, — кивнул я. — Но скорее всего, ваши люди уже мертвы.

— Пусть так, но я должен в этом убедиться. И неплохо было бы выяснить причину их гибели.

— Рой, — пожал плечами я.