— Трудно поверить, что мы оказались в гуще всех этих передряг, — заметила Мэллори. — Еще год назад мы даже не подозревали о существовании вампиров. А теперь увязли в этом с головой. И еще этот Катчер. Как ты сказала, кто он?

— Он утверждал, что был волшебником четвертой ступени, пока его не исключили из Ордена. Я не знаю, что это…

— Это верховный орган, объединяющий волшебников, — вставила Мэллори.

Я быстро взглянула на нее:

— И откуда ты об этом знаешь?

— Выполнила кое-какую домашнюю работу. Сделала несколько звонков.

— Понятно. А четвертая ступень? Это что означает?

— Наивысшее мастерство.

Не удивительно, если вспомнить, какой фейерверк он устроил. Страшновато, но не удивительно.

— Ладно, поехали.

Мы добрались до района, застроенного складами, и по адресу, указанному Катчером, обнаружили четырехэтажный кирпичный дом с просторной парковкой. По фасаду через равные промежутки тянулся ряд огромных окон, солидная дверь была выкрашена в красный цвет. Мы под дождем пробежали по тротуару, толкнули створку и поспешно заскочили внутрь, оказавшись в обширном холле, от которого вглубь здания уходил широкий коридор. Недалеко от входа возвышалась полукруглая стойка.

Кроме времени встречи и адреса, у меня не имелось никаких инструкций, так что мы с Мэллори, переглянувшись, зашагали по коридору. Двери выходили в него с обеих сторон, но никаких признаков волшебника или хотя бы спортзала мы не обнаружили. Заглядывать в каждую дверь, уподобляясь Алисе в Стране Чудес, мы не стали, а решили просто подождать, пока кто-нибудь выглянет. Тем временем мы поспорили, с какой стороны откроется дверь.

— Слева? — предположила я.

Мэллори покачала головой:

— Справа. И проигравший оплачивает ужин.

— Договорились, — поспешила согласиться я.

Мэллори угадала — через несколько секунд справа открылась дверь, и оттуда высунулась голова Джеффа. Оборотень улыбнулся мне, помахал рукой и широко раскрыл глаза при виде Мэллори.

— Ты привела волшебницу, — мечтательно протянул он и пригласил нас внутрь.

Мэллори что-то пробурчала себе под нос, но не стала пререкаться, и мы вошли.

Нашим глазам открылось огромное помещение с бетонными стенами и полом, почти полностью закрытым голубыми гимнастическими матами. В одном углу висели боксерские груши и несколько пар перчаток. Контраст между этим залом, предназначенным для обучения и тренировок, и залом в Доме Кадогана, церемониальным, пригодным для торжественных постановок, был поистине разительным. Этому залу не хватало солидности, но в нем не было и оттенка самоуверенности. Там надо было играть на публику. Здесь — работать. Готовиться. Однако музыка звучала относительно спокойная — в зале плыли мелодии Джона Ли Хукера.[7]

— Меня зовут Джефф, — произнес оборотень, протягивая Мэллори руку.

— Мэллори Кармайкл, — ответила она, пожимая руку.

— Я оборотень, — добавил Джефф. — А ты — волшебница.

— Да, я что-то об этом слышала, — равнодушно бросила она.

— Ты еще не вступила в Орден?

Мэллори отрицательно покачала головой. Джефф кивнул:

— Потолкуй об этом с Катчером. Только не принимай близко к сердцу его заявления о выгодах свободного плавания.

Словно по сигналу, в противоположном конце зала скрипнула металлическая дверь.