– И на том спасибо. – Обогнув фонтан, Ева принялась спускаться по лестнице на нижний ярус сада, примыкавший к замковой стене. – Зачем явился?

Мокрый сад тоскливо ждал, когда ляжет снег. Промозглый ветер срывал с деревьев и кустовых зарослей последние лохмотья их побуревшего осеннего одеяния, прикрывал пожухлую траву тлеющей листвой, придавая и без того неуютным окрестностям ещё более мрачный вид. Впрочем, Ева находила в этом некий шарм: прогуливаться по такому саду с демоном, будучи немёртвой, было куда более уместным, чем если б вокруг летали бабочки и благоухали розы.

– Меня так тронула твоя пылкая речь о жизни. Проникновенно, убедительно, складно. – Мэт парил рядом, над дорожкой, с обеих сторон ограждённой корявыми запущенными кустами; за привычным весельем его интонаций трудно было понять, насколько демон серьёзен. – Теперь ясно, как ты со всем этим справляешься.

– С чем?

– Ты потеряла жизнь. Инструмент. Дом. Но не потеряла себя. Потому что когда то потрудилась себя найти. – Мэт летел спиной вперёд в ритме её шагов. Глаза без белков мерцали жуткой потусторонней синью. – Ты мне нравишься, златовласка. Хочу тебе помочь.

Ева знала, что он ждёт от неё вопроса. Знала, что он замолчал специально, чтобы она его задала. И знала, что никакую помощь от демона, не оговорённую контрактом, принимать нельзя, а значит, и спрашивать о ней тоже.

И всё же, кляня себя за слабость, спросила:

– Это как же?

– Вернуть тебе жизнь, которую ты так любишь, конечно.

Ева замерла.

Долго медлила с ответом.

Верить Мэту было бы идиотизмом. Любые его услуги чертовски (в прямом смысле) дорого ей обойдутся. Но если он и правда способен вернуть её к жизни…

…избавить от необходимости сражаться с той, с кем ей совсем не хочется сражаться, обручаться с тем, с кем обручаться она решительно не желает, ради призрачного шанса, что это поможет не только Герберту, но и ей…

– Предположим, ты меня заинтересовал.

– В моём измерении я всемогущ. Если отправишься со мной туда, там я смогу тебя воскресить.

Осознав, к чему была вся предыдущая лесть, Ева устало рассмеялась.

– Мэт, – она вновь зашагала по дорожке, и сердитость ускорила темп её шагов из andante в allegro, – если ты считаешь меня дурой, способной на это согласиться, мне почти обидно.

– Я понимаю, ты мне не доверяешь. Но всё было бы честно. Мы заключили бы официальную сделку. Я не мог бы нарушить её условий.

– Не ври. Если в своём измерении ты всемогущ, полагаю, возвращение туда разом снимет с тебя все ограничения. И как только я окажусь в твоём мире, тут вы с дружками демонами меня и сожрёте. Или сначала поиграетесь… пару тройку сотен лет… а потом сожрёте. Скажешь, не права?

Не дождавшись реакции, она насмешливо повернула голову, но демона уже не было рядом.

– Не думала, что ты уйдёшь от ответа столь топорным образом, – бросила Ева пренебрежительно.

– Я сам не думал, – прошелестело над самым ухом. – Я не хотел исчезать. Но исчез.

Ева раздражённо дёрнула плечом:

– Мэт, хватит…

– Златовласка, поверь. Это правда. А теперь вспомни условия нашего контракта с малышом Уэрти и говори немножко тише.

Ева невольно замедлила шаг.

Что там было… не причинять им боли, не настраивать друг против друга, не появляться в присутствии посторонних…

Ага.

После она сама не понимала, как сумела не сбиться с шага и подавить в себе желание судорожно оглядеться.

– Мы здесь не одни! – Ева почти шептала. – Поэтому контракт заставил тебя исчезнуть!

– Я в тебя верил, – великодушно откликнулся демон. – Хорошо хоть ты можешь слышать меня.