— Эй, новенький, — окликнул другой, постарше. — Вещи можешь сразу отнести в лазарет!

Смешки прокатились по залу. Я даже не повернул головы — мне доводилось встречать таких самоуверенных болванов и в прошлой жизни. Обычно они затихают после первого же серьёзного урока.

— Спорим на сотню империалов, что он свалится в обморок прямо на распределении? — хохотнул кто-то.

Я лишь слегка улыбнулся, продолжая идти за Полозовым. Забавно наблюдать, как эти дети пытаются изображать опасных одарённых.

Мы прошли через арку во второй зал, где студенты носили зелёные знаки отличия с серебряной отделкой. Здесь атмосфера была спокойнее — больше заинтересованных взглядов, меньше показной агрессии.

В третьем зале, где преобладал синий цвет, на нас почти не обратили внимания. Я бы даже сказал, что здесь все были какими-то… забитыми.

Наконец мы вышли во внутренний двор. Здесь царила совсем другая атмосфера. Дорожки петляли между клумб, старинные скамейки, а стены были увиты плющом.

— Каждый поступающий, — начал Полозов, направляясь к центру двора, — должен пройти определение уровня магического потенциала. Это позволяет распределить студентов по классам в соответствии с их… возможностями.

В центре двора возвышался старинный фонтан, но моё внимание привлёк огромный шар, парящий над водой. Прозрачный, кристаллический, размером с человеческий рост, он был наполнен прозрачной субстанцией, похожей на воду.

От шара исходили волны чистой, древней магии — такой я ещё не встречал в этом мире.

— Артефакт Определения Силы, — пояснил Полозов. — Создан ещё во времена основания академии. Абсолютно точный измеритель магического потенциала.

Он указал на небольшой экран, вмонтированный в постамент фонтана. На нём светились четыре нуля.

— Система классификации проста, — продолжил профессор. — Класс «А» — высшие маги, элита. Показатель выше тысячи единиц. Такие встречаются… не то чтобы редко, — он скривил губы в усмешке. — Но метко. Обычно такие места уже предопределены. Ну и, разумеется, после выпуска они сразу получают высокие чины, становятся генералами при императоре, возглавляют магические подразделения.

Он сделал паузу, словно смакуя следующие слова:

— Класс «Б» — от пятисот до тысячи. Вполне приемлемый уровень для обычного мага. Эти идут в боевые части, становятся офицерами. При должном усердии и выслуге лет могут дослужиться до чего-то… достойного. Ну а класс «В»… всё, что ниже пятисот. Бытовые маги, целители и прочая… обслуга. — он произнёс слово «целители» с таким пренебрежением, что я невольно усмехнулся.

Если бы он знал, каких высот может достичь настоящее целительское искусство…

Я заметил, как вокруг начали собираться студенты. Они перешёптывались, делали ставки, с предвкушением поглядывая то на меня, то на шар.

В окнах окружающих зданий появлялось всё больше любопытных лиц.

— Процедура требует полной концентрации, — начал Полозов. — Сначала нужно…

Мне надоело слушать нравоучения. Я шагнул к шару. Решительно сунул руку в углубление на постаменте, и мир вокруг словно застыл.

Странная субстанция в шаре забурлила. Цвета менялись с бешеной скоростью — изумрудный, багровый, индиго… Казалось, артефакт не может определиться с цветом, с самой природой магии.

По поверхности кристалла побежали молнии. Они сплетались в узоры, похожие на руны. Краем глаза я заметил, как вытянулось лицо Полозова — его маска спокойствия сменилась неподдельным изумлением.

Толпа вокруг росла. Студенты всех факультетов сбегались к фонтану, толкаясь и переговариваясь.