Графиня величественно поднялась, призывая к началу совещания.

— Так почему именно Саратов? — Мирон привычно поправил челюсть. — В Москве больше ресурсов, больше потенциальных… подданных.

Велимир встал у карты империи, его длинные пальцы скользнули по бумаге, очерчивая контуры регионов:

— Прямая атака на столицу — это верный способ получить объединенный удар всех княжеств разом. Современная империя может казаться разобщенной, но перед внешней угрозой они мгновенно сплотятся. А вот если начать с региона…

Он постучал костлявым пальцем по Саратову:

— Здесь у нас уже есть серьезное влияние. Мы действуем тихо. Местные телекоммуникационные компании уже под нашим контролем. Любой подозрительный сигнал будет… правильно интерпретирован.

Велимир провел линию по карте, соединяя города:

— После Саратова — Волгоград, Астрахань, Пенза. Создаем сеть влияния, берем под контроль транспортные узлы, промышленные центры. Когда в столице поймут, что происходит, половина Поволжья будет уже нашей.

— А дальше? — Захар подался вперед, его высохшие пальцы впились в подлокотники кресла.

— Дальше, — Велимир усмехнулся. — Промышленность, ресурсы, стратегические объекты.

— И только потом Москва? — уточнил Мирон.

— Возможно Урал, нужно будет подумать. Когда две четверти империи будет под нашим контролем, столица сама упадет к нашим ногам, — Велимир обвел взглядом собравшихся. — А если и попытается сопротивляться… империя узнает, что значит настоящая сила. Сила, которую они так старательно пытались забыть и запретить.

— А знаете, — задумчиво произнес Захар, поглаживая свою иссохшую шею, — был один интересный случай. Некромант Валентин дольше всех продержался во время первой чистки. И знаете почему?

Он подался вперед:

— Он не просто поднимал мертвых или делал из живых людей послушных марионеток со стержнем в теле, да… это хорошо, когда стержень в воине, но, если в обычном рядовом клерке… почти бесполезно. Но! Он создавал особую нежить из живых людей. Вурдалаки, эмпиры, личи… Представляете? Существа, способные скрываться среди людей, принимая человеческий облик. А в нужный момент — превращаться в идеальных убийц, послушных монстров.

— Гениально! — Мирон едва не потерял челюсть от возбуждения. — Нам нужно сделать то же самое! Наложить печати трансформации, создать армию высшей нежити… из кого угодно, хоть из пятилетней девчушки!

Велимир замер, его глаза сузились. Друзья предлагали сделать то, что и молодой Волконский сам того не ведая, создал друга-вурдалак.

— Пожалуй, вы правы, — медленно произнес он. — Такая армия была бы идеальным оружием. Осталось только найти… подходящий материал для первого эксперимента. Практики давно не было, мог и забыть, как правильно это делать.

Он обвел взглядом роскошный зал:

— К сожалению, в поместье не осталось простых людей, все уже под контролем стержней, а нам нужны чистые… чтобы печать заработала одновременно со стержнем и ни как иначе… — его взгляд остановился на братьях Потаниных, и на лице расплылась зловещая улыбка.

Матвей и Глеб, стоявшие у дверей, мгновенно поняли, к чему идет дело. На их лицах отразился неподдельный ужас.

— Э-э… мы, пожалуй, пойдем… дела там… — пролепетал Матвей, пятясь к выходу.

— Важные дела… очень важные… — поддакнул Глеб.

Но было поздно. По знаку Велимира слуги, те, в ком уже пульсировали стержни некроманта — молниеносно схватили братьев.

— Тетенька! Графинюшка! — завопил Матвей, извиваясь в железной хватке.