Изменить размер шрифта - +

Держась за руки, они торопливо сбежали вниз, вылетели на крыльцо, и тут клоунское лицо лейтенанта Ровеля, идущего с пистолетом в руке им навстречу, показалось Бонни самым приятным и желанным из всего, что ей когда-либо хотелось видеть.

– Что тут у вас происходит? – ровным, но требовательным голосом спросил он.

– Верн, – возбужденно прохрипела она. – Верн Локтер! Он убивает всех подряд.

Ровель молча поднялся по ступенькам крыльца, прошел мимо них и вошел в дом.

– Подожди в его машине, Бонни, – сказал ей Поль.

– Нет, нет, ты уже ничем не сможешь им помочь! Не ходи туда, Поль, не ходи!

Ее начало трясти. Он обнял Бонни за плечи. В большинстве соседних домов уже начали загораться окна, на крылечки выходили люди в халатах и шлепанцах на босу ногу.

К дому с громким воем сирены, на большой скорости подъехал и, взвизгнув тормозами, резко остановился полицейский автомобиль. Из него выскочили два человека в форме и, на ходу вытаскивая пистолеты, тяжело побежали к распахнутой входной двери.

...Наконец наступила тишина. Сначала в прихожей, а потом на крыльце загорелся свет, следом в дверном проеме появился лейтенант Ровель. Он прижимал правую, очевидно раненую, руку к животу, лицо было перекошено от боли. Голос лейтенанта заметно дрожал, но он по-прежнему решительно и властно отдавал распоряжения:

– Моран, садись в машину и вызывай по рации людей. Там, наверху, несколько трупов и один сумасшедший в холле внизу. И мне врача. У меня, похоже, здорово ушиблена, если не сломана рука. А ты, Шантц, иди надень наручники на этого спятившего подонка. На руки и на ноги. Да поторопись, пока он не успел очухаться. Сейчас там на нем сидит один паренек.

Неожиданно для всех из дома вновь послышались женские крики. Но это были уже совсем другие крики – тонкие, слабые, нетерпеливые. Один из полицейских в форме побежал к патрульной машине, другой – внутрь дома. Практически одновременно на крыльцо выскочил Уолтер.

– Она рожает! – визгливо закричал он. – Рожает!

Вдали послышались завывания приближающихся полицейских сирен.

– Ну сделайте же хоть что-нибудь! Хоть кто-нибудь!

Выскочивший из первой санитарной машины врач, по требованию лейтенанта Ровеля занялся сначала Доррис Варак, которую тут же отправили в ближайшую больницу на их собственной машине, за руль которой, как ни странно, чуть поколебавшись, сел Уолтер.

– Бонни, тебе нельзя здесь оставаться, – заботливо сказал ей Поль. – Я попрошу полицейскую машину отвезти нас ко мне.

– Ничего, ничего, Поль, со мной все в порядке. Не волнуйся, пожалуйста.

– Когда я вошел туда, там не слышалось ни звука, ни малейшего звука! – тихо произнес Ровель, будто объясняя это самому себе. – Только свет откуда-то сверху. А потом вдруг какое-то непонятное движение сзади. Я, естественно, тут же поворачиваюсь, и он этим чертовым секачом пытается выбить у меня пистолет, но промахивается и попадает мне прямо по руке. Правда, тогда я еще не знал чем. Думал, дубинкой. Очевидно, рукоятка была довольно скользкой, потому что удар пришелся тупой стороной лезвия и не отрубил мне руку, а только ее сломал. А затем прижал меня к самой стене у подножия лестницы. Тут-то я и увидел, что у него в руках. Увидел его страшное лицо и оцепенел. Не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Господи, думаю, теперь я до самой смерти его не забуду. Но, слава богу, он не успел сотворить свое страшное дело. Откуда-то из темноты вдруг выскочил этот юный панк. Ваш любимчик. Пастор. Один из ваших слабовольных заблудших придурков. Увидев, что происходит, он тут же с разбегу врезался в Локтера. Как раз когда тот уже наносил мне смертельный удар, поэтому его хренов секач прошел буквально в дюйме от моего лица.

Быстрый переход