– Вы понимаете необходимость вскрытия, Гэри?

Для виду повозмущавшись, он согласно кивнул.

– Как только у нас будет более четкое представление о том, что произошло, мы пообщаемся с вами еще раз. Сотрудник по связи с родственниками будет с вами на связи.

«Только через мой труп». Он изобразил вялую улыбку.

– Можем мы еще что-нибудь для вас сделать? – спросил Лейн.

«Разве что наконец убраться отсюда на все четыре стороны! Неужели не понятно, что у меня дел по горло?»

– Нет, вы были так добры… Я вам очень благодарен. А теперь мне хотелось бы побыть одному. Это был худший день во всей моей жизни.

Лэтимер бросила на него последний озабоченный взгляд и двинулась к выходу.

Гэри закрыл входную дверь, прислонился к ней спиной и ненадолго закрыл глаза. Мысленно пробежался по списку.

«Начнем с самого простого», – подумал он, бросая взгляд на часы.

70

– Ничего, если я войду?

Она отступила назад, давая дорогу, – как он заметил, предварительно убедившись, что его никто не видел. Впрочем, Гэри сомневался, чтобы кто-нибудь вообще обратил внимание на какое-то нарушение приличий в этом глухом тупичке страшненьких домишек постройки семидесятых годов, соединенных друг с другом гаражами. Он едва не упал в обморок, когда она объявила, что переехала поближе к нему после развода. Разве она не слышала выражение: «Не сри на своем собственном пороге»? То есть, ближе по смыслу, на его собственном пороге. Хорошая новость заключалась в том, что у нее еще не было времени разобраться в системе сигнализации. Как говорится, нет худа, и так далее.

Он притянул ее к себе, ощутив, как ее руки змеями обвивают его шею.

– О Гэри! – выдохнула она. – Не знаю, что и сказать… Такое ужасное происшествие! Ты, наверное, просто в жутком состоянии…

– Вот потому-то я и пришел. – Он уткнулся носом ей в шею, чувствуя, как она расслабляется, тает у него в руках. Целуя ее, он представил себе Наоми на столе морга, белую, как холодная овсянка.

Она едва не задохнулась, удерживая его на расстоянии трясущимися руками.

– Это несколько странно, так ведь?

– Сюр какой-то, – согласился он. – Думаю, мне не следовало бы находиться здесь. Но мне некуда больше пойти, не к кому больше обратиться.

Ее брови сошлись вместе, выражая тепло и сострадание.

– Я рада, что ты пришел. К кому еще ты можешь обратиться, кроме как не ко мне?

– Да, курочка, именно так я и подумал.

– Тебе не следует оставаться одному в такой момент. Хотя, – заговорщицки произнесла она, – лучше тебе не упоминать мое имя в официальной обстановке.

– Господи, нет, конечно. Даже не думай об этом.

По ее лицу разлилось облегчение. Его позабавило, что сама она не испытывала ровно никакого чувства вины, разве что переживала за него в этом смысле.

– Выпьешь что-нибудь? Кайли у отца.

Гэри уже знал это. Когда был здесь в последний раз, изучил календарь. висящий на стене. Он знал, чего хочет Ша, но сегодня вечером она этого не получит.

– Не могу оставаться надолго. Просто хотел увидеть твое прекрасное лицо.

– О Гэри! – выдохнула она, крепко сжимая его в объятиях.

– Я не знаю, что должен сейчас чувствовать. Это звучит странно?

Естественно, все было не так, когда это произошло. Почувствовал он в точности то, чего и ожидал.

– Нисколько. У вас с Наоми все было неправильно, но ты ведь любил ее когда-то…

Она легонько вздохнула и потихоньку подошла к вопросу, который, как он знал, она обязательно задаст:

– Не представляешь, что она там могла делать на ночь глядя?

– Это спрашивает офицер полиции или моя любимая?

– Так что все-таки думаешь? – Киран поцеловала его в полную силу, открыв рот.