|
И, что прискорбно, попал. - ..! - в один голос воскликнули на Олимпе Зевс с Эротом. Но душа допустившего весьма опрометчивую ошибку Лина уже вовсю брела по полям асфодела в мрачном царстве Аида. * * * И был суд. Тут уж и Зевс не мог вмешаться, ибо сам для смертных справедливые законы выдумал. Как говорится: за что боролся, на то и напоролся. Судили Геракла там же, в Фивах, хотя каяться в содеянном сын Зевса, похоже, не собирался. - Да пошли вы! - гневно ревел он с места подсудимого. - Да я вас… - Спокойно, дружище, спокойно! - примирительно замахал руками защитник, маленький смуглый иудей по имени Авраам. - Мы сейчас всё решим демократическим путем без применения так называемой грубой силы. - Да видел я эту вашу демократию знаете где? - еще больше разбушевался герой. - Знаем, знаем… - согласно закивал иудей. - Подсудимый, не хулиганьте! - прикрикнул на Геракла судья Радаманф. - Не усугубляйте и так шаткое свое положение… - Да я тебя… одной левой! Тихо зарыдала на плече у мужа пришедшая на суд Алкмена. Единственным, кто сохранял радостное спокойствие, был защитник. Особое удовольствие ему доставляло звяканье золотых талантов в мешочке на поясе, которые (сохраняя инкогнито) ему передал лично Зевс, спустившись на землю под видом странствующего торговца лососиной. - Геракл, приемный сын Амфитриона, - обличающий перст судьи Радаманфа уткнулся в разъяренного сына Зевса, - признаешь ли ты себя виновным в убийстве своего любимого учителя музыки Лина? - Ты мне тут не тыкай… - огрызнулся герой, зловеще шевеля кустистыми бровями. - Прошу суд внести орудие убийства… В здании правосудия тут же появились два солдата, неся на большом медном подносе искореженную до неузнаваемости кифару. Инструмент навеял Гераклу недавние воспоминания, и он дурным голосом пропел: - О птичка, птичечка… - Подсудимый, прошу не кощунствовать! - взвился судья. - Этим своим возмутительным поведением вы глумитесь над покойным, попираете память великолепного музыканта и педагога! - Вам не нравится, как я пою? - Геракл обиженно потер заросший бородой подбородок. - Что ж, вы еще попросите… И он демонстративно стал изучать свои сандалии. - Итак, мы видим, что подсудимый совершенно не отрицает своей вины, - продолжил Радаманф. - При других обстоятельствах это пошло бы ему только на пользу. Но при этом… - Судья картинно взмахнул рукой. - При всём при этом подсудимый наотрез отказывается раскаяться в содеянном и за свою немыслимую дерзость безо всяких сомнений будет справедливо покаран. Защита, ваше слово! Маленький иудей хитро блеснул глазками и от дальнейших комментариев воздержался. - Что ж, - Радаманф торжествующе усмехнулся, - уважаемые присяжные, вы можете посовещаться. Нам нечего добавить по рассматриваемому делу. Присяжные, набранные ради справедливого суда преимущественно из обитателей фиванского приюта для всех сирых и убогих, гуськом потянулись в комнату совещаний. При этом многие с опаской оглядывались на Геракла, который показывал им из-под деревянной скамьи могучий кулак. Через полчаса присяжные вернулись в зал суда. |
