Она знала, что в искусстве верховой езды ей не сравниться с Ястребом. Лучших наездников, чем жители равнин, не сыскать. А что за наслаждение наблюдать за ними в движении! Но все же держаться в седле она умела достаточно хорошо, а потому вполне могла попытаться выиграть у Ястреба.

Но у него был такой помощник, как Тор.

Орешек постепенно начал уставать. Пришлось остановиться. Скайлар слышала приближающийся стук копыт. Поравнявшись с ней, Ястреб нагнулся, обхватив ее рукой за талию, и секунду спустя оба полетели на землю. Они катались в густой траве и хохотали. Но вскоре Ястреб встал и помог подняться Скайлар.

— Скоро сюда подъедут другие. Прекрасное место, чтобы разбить лагерь на ночь. Ты как думаешь?

Она огляделась и покачала головой:

— Воды нет. Ястреб улыбнулся:

— Понюхай воздух.

— Воздух?

— Вода внизу, у подножия вон того холма.

Скайлар смерила его недоверчивым взглядом, а затем побежала вниз по холму, туда, куда он указывал.

У подножия холма и в самом деле тихо журчал прозрачный ручей.

Вскоре подъехали Слоан, Ясень, Серебристый Ворон и Клинок, спешились. Ястреб с Ясенем занялись лошадьми, сняли поклажу.

Слоан поехал дальше, к Скайлар.

— Он что, и вправду может по запаху определить, где вода? — спросила она его.

— Несомненно. — Слоан соскочил на землю и снял седельную сумку со спины животного. — Хотя мы здесь уже пару раз останавливались на ночлег, так что он в любом случае знал, что ручей определенно должен быть. — Слоан подмигнул ей и ушел.

На ночь они расположились кружком под раскидистым деревом. Двое постоянно стояли на страже, не смыкая глаз в сулящие опасность ночные часы.

Но ночь выдалась спокойной. Скайлар улеглась рядом с Ястребом и уснула, положив голову ему на грудь.

Он же опустил руки ей на плечи и рассеянно гладил по волосам. Но даже тогда, когда свое время на страже он отстоял, уснуть все равно не смог.

Обостренное чутье улавливало опасность. В резком крике ночных птиц точно звучало предупреждение. Он чувствовал это.

Ночные часы тянулись медленно. Все было спокойно. Едва забрезжил рассвет, они начали готовиться к очередному дню, собираться в дорогу.

Несмотря на то что путешественники двигались налегке, доехать до оговоренного обеими сторонами места встречи меньше чем за два дня им не удалось.

Утром отряд достиг временного лагеря, разбитого для участников переговоров. Здесь были представители американского правительства, военные, журналисты и маркитанты, обязанные обеспечивать приехавших всем необходимым.

Едва на горизонте показались палатки лагеря, Серебристый Ворон и Клинок развернули лошадей. Скайлар хотела поблагодарить их, возможно, даже обнять на прощание, слишком сухое расставание было ей не по душе. Но Скайлар уже усвоила, что у индейских женщин не принято проявлять слишком много теплоты в общении с мужчинами — родственниками мужа. Потому она лишь сказала пару подобающих случаю слов и помахала им напоследок.

— Ястреб! Майор! Ясень! — раздались радостные возгласы молоденького солдата, поспешившего им навстречу, едва четверка переступила границы лагеря. Рыжеволосый, весь в веснушках, лейтенант улыбался во весь рот. — Это ж надо! Вы двое похожи на краснокожих больше, чем сами краснокожие! — воскликнул он. — А Ясень, ну…

— И что же Ясень? — поинтересовался тот.

Скайлар была в немалой степени удивлена, что ни ее муж, ни Ясень со Слоаном за оскорбление слова юноши не сочли, только переглянулись между собой и пожали плечами.

— Красные волосы, вот в чем дело, — сказал Ястреб. — Держу пари — ему и кожу хочется приобрести под цвет.