Ястреб рассмеялся.

— Не позволяй ей одурачить себя, Скайлар. Она настоящая тигрица.

— Дэнби! — вскричала Сара. — Вы будете делать то, что вам велят?

— Майор, лорд Даглас, пожалуйста, следуйте за мной. — Роль провожатого лейтенанту явно улыбалась. — Леди Даглас, если вы желаете остаться с Сарой, я позабочусь о вашей лошади.

Скайлар поблагодарила его. Ловко соскользнула со спины Орешка на землю и, почувствовав на себе чересчур пристальный взгляд, обернулась. Сара, осознав, что ведет себя невежливо, пристыженно опустила глаза.

— Извините, просто ваши волосы такие…

— Светлые? — подсказала Скайлар.

— По крайней мере для этого наряда, — выдохнула Сара.

— Боюсь, всю свою цивилизованную одежду я раздала, — сказала Скайлар, особое ударение сделав на слове «цивилизованная».

Но Сара сарказма не замечала. Вопросов у нее было хоть отбавляй.

— Вы совсем недавно приехали с востока и сразу попали к язычникам?

— Спешу заметить, мой муж наполовину язычник.

Сара перекрестилась.

— Тише! Мы изрядно потрудились над тем, чтобы сделать из него добропорядочного гражданина.

— Вот как! — воскликнула Скайлар.

Поспеть за Сарой оказалось не так-то просто. Легкими шажками она носилась между палатками, в то время как и мужчины, и женщины смотрели на Скайлар с нескрываемым интересом. Они явно думали, подобно Саре, что она долгие годы жила в плену у индейцев сиу и только сейчас Ястреб со Слоаном и Ясенем освободили ее.

Но совесть не позволила Скайлар иронизировать над их чувствами, ведь многие потеряли друзей и родных во время набегов индейцев. Понять точку зрения индейцев сиу сейчас, после нескольких дней, проведенных в их лагере, ей было нетрудно.

Война несет зло как тем, так и другим, напомнила она себе.

Но вот две женщины уже стояли у обоза маркитанта. Сара привычными движениями перерыла то, что имелось у торговца, выбрала для Скайлар самое необходимое и с поразительным для ее нежного облика пылом и упорством принялась торговаться, сумев настоять на своем да еще и заставить торговца упаковать вещи и сложить в корзину, чтобы удобнее было нести.

— У вас непременно будет своя палатка, генерал сегодня же сделает необходимые распоряжения, — заверила Сара. — А пока следуйте за мной, я покажу, где можно вымыться и снять с себя эти ужасные тряпки…

— Это платье — памятный дар, — твердо возразила Скайлар.

«О!»

Нет, Сара даже не произнесла возгласа удивления вслух, только нежные губки округлились, а глаза изумленно уставились на гостью.

Но после секундной заминки она снова прибавила шаг.

— Что ж, наступит день, и мы сможем прийти к согласию с индейцами, так говорит Дэвид. И тогда они больше не будут язычниками, они узнают, что убивать других дурно, и станут жить, как живут все белые люди. Вы можете… просто переоденьтесь тогда, сложите свой подарок и упакуйте, чтобы удобнее было везти домой.

Сара унеслась вперед. Скайлар старалась не отставать. Гонору в этой женщине много, но желает она, несомненно, лучшего, рассудила Скайлар.

Двумя часами позже, чистая, благоухающая лавандовым мылом, она уже была и одета подобающим образом: платье из набивного ситца, шелковые чулки и легкие кожаные сапожки.

Дэвид — столь же юный, как и его жена, вдобавок еще и высокомерный, но доброжелательный, в точности как его лучшая половина, — вернулся в свою палатку, достаточно вместительную.