Альберт Венедиктович метнул в меня злой прожигающий взгляд. Я ожидал уже свойственную ему гневную тираду по поводу моих низких интеллектуальных способностей, но он промолчал. Видимо понял моё настроение и не стал разжигать конфликт, а молча пошёл в сторону лифта в лабораторию. Дверь за моей спиной автоматически закрылась.

В центре главного рабочего стола лежал золотой амулет, освещённый со всех сторон несколькими лампами, как пациент на операционном столе под безтеневыми. Сначала подумал, что мне показалось, но потом при ближайшем рассмотрении понял, что нет. Драгоценные камни, украшавшие золотую поделку, переливались и светились как-то по-другому, по-особенному. И этот пульсирующий свет не внушал страха, он мне нравился и притягивал к себе.

Артефактор встал по другую сторону от стола и вперил в меня взгляд. Я даже затрудняюсь ответить, что было в этом взгляде, восторг? А может быть злость, зависть, недоумение? Там было сразу всё. Ну не томи уже, давай рассказывай! Эту фразу я попытался донести своим взглядом. Или так и будем играть в гляделки? Сложно определить, кто сейчас удав, а кто кролик. Но я точно его сейчас удавлю, если он будет продолжать молчать.

— Это непростой амулет, — пробормотал он себе под нос, не меняя странного выражения лица, на котором боролись все существующие в мире эмоции. Кроме отвращения разве что.

— А какой? — не сдержавшись рыкнул я. Так, Саня, дыши! Вдох и медленный выдох. Насильно из него ничего не выдавишь, не прищемив палец дверью.

— Это твой ключ в светлое будущее, — прошептал он с таким же выражением, как Горлум с кольцом в руке произносил своё коронное «моя пр-р-релесть!».

— А где дверь? — брякнул я и снова начал повторять дыхательные упражнения.

— Ёрничаешь? — хмыкнул он. И как догадался? — Зря, я говорю сейчас совершенно серьёзно. Это не только мощный усилитель с кучей настроек под разные уровни развития и виды навыков, но ещё и очень сильный инструмент по развитию и прокачке ядра. Достичь больших высот при грамотном его использовании можно значительно быстрее. На это свойство я наткнулся случайно, о нём не написано ни в одной записи, поднятой из архива. Если бы тот, кто тебе его дал, знал об этом, он бы его из рук не выпускал ни днём ни ночью. Покушаться на жизнь и здоровье человека с помощью этого артефакта, всё равно что кормить человека бриллиантами в надежде, что он подавится.

Глава 23

— Отличные новости, — улыбнулся я, начиная забывать про весь только что накопившийся негатив к Пожарскому. — Вы уже написали для меня инструкцию? Я могу его забрать?

— Ты издеваешься что ли? — всплеснул в возмущении руками Альберт Венедиктович. — Я, можно сказать, только начал его изучать! То, что я тебе сейчас рассказал, никто в Питере не знает! Я даже не на все сто процентов уверен, что об этом знал создатель этого шедевра! А ты хочешь вот так вот его забрать? Шиш тебе! Сначала я завершу все исследования, законспектирую результаты и напишу подробную инструкцию. Сколько мне для этого понадобится, я не знаю. Я и так выпал из жизни на несколько дней, даже в туалет сходить некогда. Несколько заказов повисли, меня уже трепать начинают.

— Ага, вас потреплешь, — буркнул я себе под нос. — Сами кого угодно потреплете.

— Чего ты там бубнишь? — сощурился старик. — Ты чем-то недоволен? Хочешь забирай прямо сейчас, делай с ним что хочешь. Может даже у тех, кто тебе его дал, исполнится мечта тебя угробить. Дерзай.