— Вообще-то нет, — спокойно ответил Алонсо. — Нам бы что-нибудь пожевать с дороги, да горло промочить…

— Я те промочу, стервец этакий! Хвала богам, хоть реликвию обратно принёс!

— Извини, отец, я не могу пока её отдать, — развёл он руками.

Я думал, что мужика хватит удар от подобной наглости, но тот лишь расхохотался и хлопнул по плечу старшего сына, отчего тот пошатнулся.

— Ну, вылитый дед, чтоб ему пусто было! Каков наглец!

— Ага, — недовольно кивнул братец, провожая взглядом спещащих на выход покупательниц.

А вот его батя не спускал с меня цепких глаз.

— Это ещё кто с тобой? Подмога, на случай порки?

— Друг, — коротко ответил Алонсо.

— Имя-то у друга твоего есть? А то уж больно физиономия характерная, рыжая.

— Аверин Дутвайн-младший, — по форме представился я.

— Феникс, значит… — отец семейства задумчиво затеребил бороду. — Слыхал, у вас там народу не хватает жутко. Хочешь моего мальца к себе в богадельню сманить?

— Есть такие мысли, — не стал я отрицать очевидное. — Мне нужны верные люди, чтобы навести там порядок.

— А получится ли? У тебя даже оружия толкового нет. Для мужчины клинок — первое дело, будь он хоть трижды одарённым.

— Как на счёт этого?

Я шагнул навстречу, сняв с пояса пустую рукоять Паяльника. Густые брови отца тут же взметнулись вверх. Вот что значит опытный оценщик — с первого взгляда всё просёк.

— Не будет ли наглостью попросить вас, юный господин…

О как заговорил! С кривой усмешкой я ненадолго выпустил огненный клинок, стараясь ничего тут не повредить. Повсюду стеллажи да стойки с товаром — только махни, чтобы полжизни ущерб выплачивать. Мужчины ещё несколько секунд заворожено смотрели на гарду с потухшим лезвием, после чего глава семейства снова хлопнул старшего по плечу.

— Так, мы на сегодня закрываемся! У нас дорогие гости, Касло! Ох, думал и не доживу…

В кратчайшие сроки решился вопрос не только с ужином, претендовавшим на звания пира горой, но и с ночлегом. Родители положили меня в гостевых покоях, несколько раз извинившись за скудность убранства. Так и захотелось свозить их в академию на экскурсию, взглянуть на наши хоромы. Конечно, мебели у нас прибавилось, но её периодически грызла чёртова многоножка, когда мы забывали подкинуть ей древесины на ночь. Нахалка так отожралась на ядах и прочей отраве, что спала теперь в ногах у Тори, и недовольно стрекотала на всех, кто проходил мимо. Целитель поначалу страшно пугался и голосил с утра пораньше, но понемногу привык к жутковатому питомцу. А куда деваться, если она даже каменные стены прогрызает…

В общем, нас приняли как родных, и больше не заикались о возврате рапиры, с которой ещё прадед отца семейства кого-то там гонял. С утра пораньше антиквар организовал нам извоз прямо с порога и отправил Алонсо вместе со мной. Я пообещал, что верну сына как только разрешу все вопросы в родовом замке, и до конца каникул он ещё успеет им надоесть.

Доехали до места с ветерком, не в какой-нибудь телеге, а в современной самоходной повозке. И лишь когда показались высокие стены родового гнезда, я внезапно понял, что не имею при себе никаких документов. Вот будет хохма, если меня не узнают на воротах.

Обычно все вопросы улаживали сопровождающие, однако охрана у ворот пропустила транспорт без проблем. Да ещё и поклоны отвесила. На душе немного полегчало, но мне срочно требовались подручные, чтобы банально тут не заблудиться. Даже с магическим фуникулёром до замка возникли проблемы. Я понятия не имел, как им пользоваться, а спросить кого-то постеснялся. К счастью, вместе с платформой вниз вкоре прибыла Хивея, в фирменном облачении горничной.