Обращался он не ко мне, а к сорокалетнему Ранюкову.

— Обижаешь, Саныч, — ответил тот.

— Хорошо, — недоверчиво хмыкнул Саныч. — Если будешь уставать, оставайся сзади, а вперед пусть молодые бегают. Левую бровку сегодня отутюжит Федор Хотеев. И без споров, Хотеев, выносливость и дыхалка позволяют бегать и отрабатывать в защите, а флангового полузащитника тебе не привыкать играть. Далее. Под нападающим, вольным художником…

— Я! — Мика Погосян аж вскочил.

— Не потянешь, — подал голос Клыков.

Глядя на вечно молчаливого Ромку, я подумал, что уж если он заговорил, то скорее всего так и будет — не потянет Мика. Однако тренер слово держал, кивнул и сказал:

— Под нападающим — Погосян!

Мика аж расцвел. Видимо, Киря его не пускал на эту позицию, дыры им затыкал. Впрочем, как и всем молодняком «Балласта», кроме залетчиков Жеки и Игната. Парням только предстоит раскрыться и показать себя.

Сан Саныч продолжил:

— Опорный полузащитник Григорий Гребко. У тебя как, прошел страх мяча? Или будешь бегать не за ним, а от него?

— Прошел, — глядя исподлобья, ответил Гребко.

— Будем надеяться. Центральные полузащитники — Игнат Тишкин и Евгений Воропай. Парни, когда без мяча, вы страхуете Гребко. Когда с мячом, не обрезайте друг друга!

Жека и Игнат были сработанной парой и хлопнули друг друга по рукам. Сан Саныч посмотрел на них с сомнением и сказал:

— Если проиграем, пойдете в защитники. Кстати, о защите. На флангах, как я и говорил, Ранюков и Хотеев, а в центре кто будет играть? У нас остались нападающий Игорь Дрозд, центральный полузащитник Василий Ан и левый полузащ Роман Клыков.

— Значит, 5-4-1 с ромбом в полузащите, — заметил Матвеев. — Нормально, что, схема знакомая.

— Ненормально, что мне с Василием центральных защей играть, — проворчал Дрозд, он же Дятел.

— А что делать? — Сан Саныч злорадно прищурился. — Играть вообще без центральных защитников, надеясь на гений Гребко, который мяча шугается?

— Хорош, Саныч, уже не смешно, — пробурчал Гребко. — Киря пошутил, все подхватили, но шутка, повторенная дважды — не смешная.

— Саныч, и правда, что за херня? — заговорил Василий Ан. — Ну какие из нас с Игоряном защитники?

— А что, кто-то добровольно сменит позицию? — вызверился Саныч. — Я мог бы вперед поставить Дрозда, а Матвеева в защитники определить, да только от него пользы всяко впереди больше будет, чем от Дрозда. Погосяна в защиту? Вот что не смешно, пусть лучше впереди пасется, даже если запорет, хотя бы несмертельно для команды. Может, Тишкин?

Игнат от возмущения аж вскочил:

— Мы с Воропаем сработанная пара! Пусть Погосян в защи идет!

Судя по его настроению, он хотел отмотать время назад, в тот момент, когда его звали в ЦСКА. Происходящее казалось ему бредом, унижающим человеческое достоинство. На самом же деле в предложении тренера был резон: на позиции центрального защитника высокий и сильный Игнат будет эффективнее мелкого Погосяна.

Мика и сам это понимал, но возразил, апеллируя к авторитету тренера:

— Вот еще! Сан Саныч сам мне предложил под нападающим! Вот там мое место, я с детства там играю!

— Мужики, ну и правда бред получается, — сказал Матвеич. — Раскатают с такой дырой в защите.