Он притворился, что задумался над её предложением.

— Ну-ка, посмотрим… Вообще-то, завтра я собирался в одиночестве сидеть перед теликом и жевать чипсы, поэтому, к сожалению, не получится. Прости, — пошутил он, хотя у самого сердце пело от счастья.

— А если серьёзно — на Сёдере недавно открылось очень симпатичное место. Маленькое, людное, но кормят там просто великолепно. Можем пойти туда.

— Звучит заманчиво.

Он повесил трубку и поднял кулак в победном жесте. Неужели она всё-таки решила сдаться?

Гренфорс с самого начала скептически отнёсся к идее включить в следующий выпуск сюжет об убийстве Хенри Дальстрёма. Он считал, что речь шла об обычной пьяной драке, закончившейся убийством. Коллеги придерживались того же мнения, поэтому пока они решили ограничиться коротким сообщением о происшедшем.

Если редакция не отслеживает события с самого начала, продать историю потом гораздо сложнее. Новости — товар скоропортящийся. Сегодня горячая новость интересует всех, а завтра её отправляют пылиться на полку. Тело Дальстрёма обнаружили уже четыре дня назад, для новостного мира целая вечность, поэтому, когда Юхан, позавтракав, позвонил Гренфорсу, тот не проявил особого энтузиазма.

— Что нового?

— Дальстрём нелегально подрабатывал. Плотничал и так далее. Конечно же, неофициально.

— Вот как. — Гренфорс громко зевнул.

Юхан подумал, что сейчас коллега разговаривает с ним, уставившись в монитор компьютера.

— Кто-то положил деньги на его счёт. Два перевода по двадцать пять тысяч.

— Наверное, чёрная зарплата за предоставленные услуги?

— Возможно. Но тут куча информации, а мы ещё никак не осветили это происшествие, — парировал Юхан. — Господи, да ему же молотком голову размозжили в его собственной фотолаборатории. И всё это на маленьком, уютном Готланде! Новость прошла по всем каналам, а мы до сих пор о ней и словом не обмолвились. А теперь оказывается, что убитый нелегально работал, да ещё эти таинственные переводы на его счёт… И об этом известно только нам. Всё указывает на то, что это не просто убийство на почве злоупотребления алкоголем. Это же наш регион, к тому же мы и так отвратно освещаем новости с Готланда!

— Полиция подтвердила эти сведения?

— Насчёт переводов на счёт — нет, — признался Юхан, — сведения поступили от работника банка. Полиция не хочет высказываться по этому поводу, но я уверен, что они тоже ухватились за эту ниточку. Я-то знаю, как Кнутас ведёт себя в таких случаях. А вот информацию о нелегальной работе он подтвердил.

— В принципе и этого достаточно. Но сегодня мы сообщаем об обвинении, предъявленном по делу о групповом изнасиловании в Бутчюрке, и о судебном процессе над убийцей полицейского из Мэрсты. Чересчур криминальный эфир получается.

Юхан вспылил:

— Нельзя откладывать! Мы и так пролетели с этой историей, а теперь обладаем эксклюзивной информацией. Но завтра утром она запросто может появиться во всех газетах!

— Ну, значит, рискнём, не такая уж это сенсация. Тогда делай сюжет сегодня, потому что завтра ты нужен нам в редакции. Но в вечернем выпуске мы твой сюжет не покажем, он больше подходит для пятницы, что-то громкое лучше оставлять на конец недели. Всё, у меня нет времени с тобой спорить. Пока.

Юхан положил трубку и попытался успокоиться. Ну что за отношение? Об изнасиловании и судебном процессе будут говорить во всех новостях, а они располагают уникальным материалом! В принципе он уважал Гренфорса и ценил его профессионализм, несмотря на то, что у шефа были свои недостатки. Но иногда он просто не мог понять его логику! Надо же быть последовательным! То ему невтерпёж и он готов загнать всех журналистов, лишь бы в выпуске появился желаемый сюжет, а сейчас — вот пожалуйста! И что толку протирать штаны на совещаниях, рассуждая, как же разнообразить выпуски новостей!

По дороге в Грабо Юхан, не выбирая выражений, ругал редактора за некомпетентность.