Когда они подъехали к дому, он велел ей принять душ.

— Зачем? — заупрямилась она.

— От тебя несёт конюшней.

Она открыла кран, даже не чувствуя, как тёплая вода стекает по спине. Механически намылилась, продолжая лихорадочно искать пути к отступлению. Почему он так странно себя ведёт? Вытерлась, попыталась отогнать нехорошие предчувствия, уговорить себя, что напряжение объясняется их последней ссорой. Надела на себя всё, что было, на случай если придётся сразу уходить.

Когда она спустилась, он сидел на кухне и читал газету. Это её немного успокоило.

— Вот как, ты оделась? — ледяным тоном спросил он и посмотрел в её сторону невидящим взглядом.

Облегчение испарилось без следа. Да что с ним такое? Обдолбался, что ли? Он же задал вопрос, вспомнила Фанни.

— Да, — неуверенно начала она. — Я подумала…

— Что ты подумала, дружок?

— Не знаю, мне надо домой.

— Домой? Ты что думаешь, мы приехали в такую даль для того, чтобы ты могла принять душ? — Он встал из-за стола, голос его был тихим и ласковым.

— Нет… не знаю.

— Не знаешь? Да ты много чего не знаешь, деточка. В принципе неплохо, что ты оделась. Так будет ещё веселее. Мы с тобой сыграем в одну игру, вот что. Ты рада? Ты же ещё маленькая, любишь поиграть?

Что это ему в голову взбрело? Она попыталась справиться с паникой и вести себя как ни в чём не бывало, но продолжалось это недолго. Он схватил её за волосы и заставил встать на колени.

— Поиграем в хозяина и собачку. Ты же любишь собачек. Можешь притвориться, будто ты — Клякса. Клякса хочет кушать? Хочет вкуснятинки?

Продолжая крепко держать её за волосы, свободной рукой он расстегнул ширинку. Когда она поняла, что ему нужно, у неё внутри всё похолодело. Он крепко прижал её лицо к себе. Её чуть не стошнило, но вырваться не удавалось.

Через некоторое время он на секунду потерял бдительность. Хватка ослабела, и Фанни воспользовалась моментом. Оттолкнула его, упала, быстро вскочила и бросилась в коридор. Распахнула дверь и выбежала на улицу. В лицо ударил резкий порыв ветра. Где-то в кромешной тьме глухо бились о берег волны. Она побежала к дороге, но он догнал её. Сбил с ног и так сильно ударил по лицу, что у неё в глазах потемнело.

— Чёртова шлюшка! — прошипел он. — Я тебя так отделаю, что ты говорить не сможешь!

Он снова схватил её за волосы и потащил через двор. Одежда промокла и запачкалась, ей приходилось ползти за ним на четвереньках. Брюки порвались, ладони расцарапались и кровоточили, из носа шла кровь. Вой ветра заглушал её рыдания.

Нашарив в кармане ключи от домика, он со скрипом распахнул дверь и впихнул Фанни в темноту.

Вторник, 27 ноября

Майвур Янсон вернулась домой после ночной смены и обнаружила, что собака написала на лежащий у двери коврик. Она прыгала и подвывала, крутясь около ног хозяйки. Стоящая на кухне миска для воды оказалась пуста. Женщина сразу поняла: случилось неладное. Дверь в комнату Фанни была приоткрыта, кровать застлана. Было семь утра, дочка явно не появлялась дома со вчерашнего вечера.

Она села на диван в гостиной и стала думать. Главное, без паники. Что там Фанни собиралась вчера делать? После школы наверняка пошла в конюшню, последнее время она постоянно там пропадает. Они не должны были пересечься дома, потому что Майвур надо на работу к пяти. То есть Клякса просидела одна четырнадцать часов. Поднявшееся было раздражение быстро отпустило. Женщина ещё раз попыталась собраться с мыслями, но беспокойство охватило её с новой силой.

Фанни никогда бы так не поступила, зная, что Клякса осталась дома одна.