Кнутас сразу почувствовал, что от Майвур Янсон пахнет спиртным.

— Когда вы видели Фанни в последний раз? — спросил он, когда они уселись за стол на кухне.

— Вчера утром. Мы позавтракали, и она ушла в школу. Мне надо было на работу к пяти, а после школы она обычно едет в конюшню, поэтому днём мы видимся довольно редко.

— Вам ничего не показалось странным в её поведении?

— Нет. Последнее время она выглядит уставшей. Наверное, потому, что плохо кушает, она такая худая.

— О чём вы говорили?

— Ни о чём особенном. Какие с утра разговоры? Она, как обычно, съела на завтрак тост и ушла.

— Вы не ссорились?

— Да нет, всё было как обычно, — ответила Майвур Янсон, умоляюще посмотрев на комиссара, словно ожидая, что тот сейчас расскажет, где находится её дочь.

— Что она сказала перед уходом?

— Сказала «пока», и всё.

— У вас дома ничего не пропало — одежда, косметика, деньги?

— По-моему, нет.

— Фанни точно не оставила записки?

— Да, я весь дом обыскала.

— Расскажите, как у Фанни дела, как она себя ведёт?

— Ну не знаю, как себя ведут подростки в таком возрасте? Она мало что рассказывает, но не думаю, что ей особенно нравится в школе, она начала прогуливать. Может быть, ей одиноко — к ней никогда никто не приходит в гости.

— А почему?

— Понятия не имею, наверное, она слишком застенчивая.

— А вы говорили с дочерью об этих проблемах?

Майвур Янсон почувствовала неловкость. Как будто ей никогда раньше не приходило в голову, что это она несёт ответственность за дочь, а не наоборот.

— Не легко выкроить время для разговоров, когда воспитываешь дочь одна, да ещё и постоянно работаешь. У меня нет мужчины, который помогал бы мне, всё приходится делать самой.

— Я вас прекрасно понимаю, — успокоил её Кнутас.

Тут Майвур не выдержала и закрыла лицо руками.

— Сделаем перерыв? — смутившись, спросил Кнутас.

— Нет, давайте уж покончим с этим, чтоб вы побыстрее начали искать.

— Вы говорили с кем-нибудь в школе о том, что Фанни пропускает занятия?

— Да, мне позвонил её учитель пару дней назад. Сказал, что она уже несколько недель не посещает занятия. Мы поговорили об этом, но, по его словам, скорее всего, она просто немного устала. Я сказала Фанни, что надо ходить в школу, и она пообещала исправиться.

— Дочь не рассказывала вам ничего нового в последнее время, может, она с кем-то познакомилась?

— Нет, — задумчиво ответила мать. — По-моему, нет.

— У неё есть близкие друзья или ещё кто-то, с кем она общается больше всего?

— Нет, у нас довольно узкий круг общения, если можно так выразиться.

— А родственники?

— Моя мама находится в доме престарелых «Экен», но она уже в таком маразме, что с ней практически невозможно разговаривать. А ещё у меня есть сестра в Вибле.

— Она живёт одна?

— Нет, с мужем. У неё двое детей — дочь, а ещё сын её мужа от предыдущего брака.

— То есть это единственные кузены Фанни? А сколько им лет?

— Лена живёт в Стокгольме, ей, кажется, тридцать два. Стефану сорок. Он живёт на Готланде, в Геруме. Я надеялась, что Фанни окажется у сестры…

Майвур снова начала всхлипывать, Кнутас погладил её по плечу.

— Ну-ну, — попытался он утешить плачущую женщину.