Холодный, будто бы желе… Цербер же исчадие Тьмы, он может быть и бесплотным, и в то же время материальным.

— О, храни нас Хморок! — послышался шёпот Агаты, прижавшейся ко мне.

«Да я-то тут чего сделаю?» — где-то в моей голове послышался растерянный голос Хморока, — «А Морката меня тогда сама вытащила».

Да уж, какое счастье, что северянка не слышит, что бормочет её растерянное божество.

Ничего не вижу… Я шёл вперёд, Агата Ясная с Кутенем попытались меня вести, но всё равно то и дело я спотыкался и задевал скалы.

Я сжал в кулак загривок цербера, будто бы пытаясь сгрести его покрепче, и попробовал соединиться с разумом. Только бы получилось…

Голова сразу затрещала, я чуть не споткнулся, навалившись на охнувшую Агату… и всё же сквозь туман я различил очертания пещеры. Значит, не всё ещё потеряно.

— Веди, Сумрак, — приказал я, все остатки воли отправляя на то, чтобы соединиться с его разумом.

Сначала мы шли, а потом побежали. Дорога вела наверх, я узнавал места, по которым спускался за Агатой.

Сначала меня удивило, что с каждым моим шагом пещера сотрясалась, а потом догадался, что это не от меня… Это наш преследователь был уже так близко, что я спиной ощутил, как из горных глубин поднимается нестерпимый жар.

Да ему даже не надо нас догонять, мы сгорим прежде. Что это за существо, я даже не хотел знать, но наверняка оно спорило на равных с соловьиным драконом.

— А-а-а-а!!! — это заорал уже я, чувствуя, как начинает лопаться кожа на спине.

Я сразу же схватил Агату в охапку, прикрывая от жара. Заработал ногами так, что едва не обогнал Кутеня. Надо же, и силы нашлись!

Новый рёв подтолкнул меня в спину вместе с испепеляющим жаром. Я хапнул раскалённого воздуха, закричал от боли, но почувствовал на груди ледяные ладони Агаты и тут же стало чуть легче.

Вот узкий проход… Позади уже трещали горные породы, потому что через пещеры продиралось существо, которому было в них тесно.

Я чувствовал, как вместе с огнём меня хлещет ещё какая-то магия… Хозяин пещеры будто бы пытался взять мои чакры под контроль, но искалеченные контуры никак не отзывались.

Это вызвало у меня дикий хохот. То есть, если бы я остался здоровым послушником огня, то эта тварь взяла бы меня под контроль⁈ Интересно, а Левон, вестник тупости, знал об этом?

Мы выскочили в ту самую пещеру, где в самом начале собирались Левон со своей дружиной. Сквозь зрение Кутеня я уже видел жёлтый туман, колеблющийся у выхода.

А ещё я видел тем же зрением Кутеня, как взбугрилась стена позади. Как зёв тоннеля, из которого мы выскочили, разорвался от напирающей силы. Как обломки откалывались и крошились, падая со стены, и из этого обвала показались невероятно огромные когти.

С потолка начали падать громадные глыбы. Нам не хватало ловкости уворачиваться, тем более эти камни трескались и раскалывались на сотни острых осколков. Вся пещера сотрясалась…

Огромная лапа, окутанная пламенем, вспорола стену пещеры и опустилась на землю. Сгребла породу, словно песок — будто существо схватилось поудобнее, чтобы подтянуть себя наверх.

Тут же какой-то очень огромный кусок прилетел мне по затылку, и я свалился, выронив Агату. Подхватить её я не успел, потому что увидел, как прямо на чародейку падает глыба, и все свои силы потратил чтобы прыгнуть, прикрывая её, и Губителем расколоть скалу… Как топор оказался в моих руках?

Удар получился, но обломками меня всё равно здорово задело, и я тяжело осел на колено. Зарычало чудище, и где-то сверху угрожающе заскрипел особо огромный кусок… Он упадёт вместе со склоном всей горы, и нас не станет.

Я додумывал эту мысль, когда перед моими глазами вспыхнул такой яркий свет, что пришлось зажмуриться.