«Ты же мать!» — чётко подумал я, но сказать вслух не смог. Связки не слушались.

Мне бы ещё прямо чуточку сил…

Зажмурившись, я покрылся потом от осознания того, что сейчас сделаю. Просто сейчас я немного помогу Бездне вернуться в этот мир… Очень злой, очень обиженной Бездне.

Ну же, «Тьма, приди!»

Тьма отозвалась, да так громко, что на мгновение оглушила, выбив мелодию из головы. Тут же встрепенулась бросская кровь, наполняясь огнём и даруя лишние силы.

И этого мгновения мне хватило, чтобы с яростным рёвом выгнуться и, схватив сундук, поставить его на колени. Замка тут не было, и я, положив ладонь на крышку, показал, что могу всего одним рывком открыть.

— Стой!

Дракон тут же замер. Мелодия исчезла, и я с облегчением почуял, что теперь мои движения не требуют адских усилий.

— Ох, — Лука плюхнулся на землю, ошарашенно уставившись на дракона, — Ого, какой огромный и зубастый… эээ… цыплёнок.

Дракониха возмущённо рыкнула, совсем не мелодично. Я едва сдержался, чтоб не усмехнуться — чувствовал, что этого делать не стоит. Мало ли, обидится чудище. Могучие существа на самом деле довольно ранимые, а тут и так все нервные, на пределе.

То, что внутри сундука маленький соловьиный дракончик, я теперь знал точно. Всё сходилось — Левон Кровавый прятал сундук здесь, и явно пытался шантажировать соловьиного дракона. Но, судя по развалинам, это не особо получалось…

Зато понятно, зачем нужно было заклинание «тёмная солома», ведь прикрытую им вещь можно оставить на самом видном месте. Оно очень простое, но хитрое — тот, кто ищет именно эту вещь, не сможет её увидеть. Это как с Огнецветами и Белоцветами, которые ждут своего часа в моём топорище…

Меня даже взяла гордость. Такое примитивное заклинание, а могучий соловьиный дракон ничего не мог с ним поделать.

Правда, Левон явно немного ошибся… Мать-дракон не трогала его, почти не трогала его людей, но разнесла всё вокруг. Почему же Левон не смог приручить её, а просто спрятал сундук?

Вздохнув, я осторожно поднялся. Дракон следил за каждым моим движением, нервно вздрагивая и подвывая… Её вой разносился ветром между руинами, и даже Бам-бам поджимал уши — до того мучительны были звуки.

Медленным шагом, словно во сне, я подошёл к самой морде дракона, поставил сундук перед ней и… отошёл на то место, где молча ждали Лука и Бам-бам. Получилось же тогда с тенепёрой гарпией? Она мне даже кольцо притащила из Тьмы…

Матери понадобилось несколько мгновений, чтобы Драконьи глаза сразу же вспыхнули красным огнём, она стала подниматься выше, воинственно рыча. На землю с грохотом опустилась вторая лапа, жёлто-туманная грива завихрилась, окрашиваясь в кровавые цвета, и дракониха вытянулась из тумана по плечи. Оттуда же показалась и часть шипастых крыльев на спине.

Рычание было очень недружелюбным, и я, расставив ноги и заслоняя собой мальчишку, понял, что совершил ошибку. Нет, как с гарпией не получится… Разгневанная мать решила просто нас порвать.

Придётся использовать магию на полную, хоть это и порвёт мне контуры. Луку просто так не отдам!

— Вот, значит, как… — процедил я сквозь зубы, шлёпнув дубиной по второй ладони, — Ну давай, покажу тебе бросские зубы.

Дракониха зарычала, показывая мне, что каждый её зуб проткнёт бросса насквозь, и чуть подалась назад, готовясь к прыжку. Я тоже приготовился врубить щит… но тут по ушам ударил новый свист.

Расщелину мне в душу! Свист был такой мощи, что я, выронив дубину, сразу упал на четвереньки. Краем глаза я увидел, что в этот момент дракон прыгнул.

Смердящий свет! Даже Тьму не призвать, даже мысли сковало! Вот и повоевал…

Я приготовился к смерти, с трудом послав Отцу-Небу мысль, что бросс Малуш сделал всё, что мог.