Он тут же запнулся, заметив мой взгляд, и сразу отскочил:

— Эй, ты чего, северная твоя башка?

Даже Креона напряглась, отступив от меня.

А мне в этот момент просто дико захотелось нарушить волю Бездны, убив настырного барда. И я несколько мгновений боролся с адским искушением…

Ну надо было этому болтливому ничтожеству сказать именно сейчас эти слова — «капля бросской крови».

Да чтоб тебя, Отец-Небо! Мне теперь кажется, что весь этот ваш договор с Бездной не более, чем весёлое пари. А я всего лишь игральный кубик, скачущий по бархатному сукну на игорном столе…

— У-у-у, — я замычал от злости, а потом рубанул с досады топором по телеге. Опять прошибло борт, отсекло часть колеса, и лезвие вошло в землю рядом с головой нашего связанного пленника.

Тот очнулся, зарыскал растерянными глазами вокруг.

— Кто вас послал⁈ — рявкнул я, вздёргивая его с земли, — Кому эта девчонка понадобилась⁈

Лже-лучевиец не ответил. Я почуял неладное, но не успел ничего сделать. Что-то хрустнуло у него в зубах, и пленник задёргался в судорогах, закатив глаза и выплёвывая пену.

Несколько мгновений, и всё было кончено. Единственная зацепка, и та сдохла.

— Это капсула с ядом, — со знанием дела сказал бард, потом вжал голову в плечи, снова поймав мой взгляд, — Да чего я не так сказал-то⁈

Набычившись, словно тупоголовый варвар… да свет смердящий, я же и есть варвар… в общем, я процедил сквозь зубы:

— Нужно найти эту девчонку.

— Верно, — кивнул Виол, — Я рад, что ты понимаешь, как это важно для Троецарии. И меня радует, что бросская кровь для тебя не пустое….

Он судорожно сглотнул, когда лезвие моего топора, вырвавшись из земли, оказалось у его подбородка. Несколько комьев грязи от стремительного движения налепились Виолу на губы.

О-о-о, наконец-то этот взгляд! И снова течёт живительная энергия страха, когда ничтожества вокруг понимают, что их жизни полностью принадлежат мне…

Правая рука будто сама двинулась вперёд, прокалывая барду кожу и заставляя его отстраниться. Я чертыхнулся и отдёрнул руку. Нет, Бездна, тебе ещё рано праздновать моё возвращение во Тьму.

— Уходим, быстро. Вы, двое… — я смерил их взглядом, — Сами решайте, идёте вы со мной или нет, — потом я повернулся к телеге.

Креона растерянно застыла, бросая взгляд на конец обоза, где так и висела её подруга. А бард явно быстро сложил в уме все «за и против», и через пару секунд тоже бросился к пожиткам.

— Нужны еда и вода, — затараторил тот, хотя сам склонился над ларцом и профессиональными движениями стал шерудить в бумагах, — Ну-ка, ну-ка…

Я же, в свою очередь, пробежался по связкам оберегов и амулетов. Не то, не то… Да что ж за нищенские наборы⁈

Всё же этот мир отличался, и я с трудом узнавал знакомые мне магические амулеты. Не тот штрих у символа, наклон в другую сторону, отличия в цвете, в некоторых материалах.

Так, это точно «волчий вой», может пригодиться. «Зажигалка», «вспышка», «громкий хлопок», «жидкая полынь»… Вот как они отпугивали упырей от себя, насылая их на отряды.