– А грудь хороша, – скользнул взглядом по обнаженному телу.

– Не то слово.

Однако скрыть «маленький секрет» не вышло, у дверей в покои стоял Арман. Он позволил Дарию положить фею, после чего схватил его за шиворот и выволок из комнаты:

– Какого беса тут произошло? Почему девчонка голая?

Дарий же мигом высвободился из рук Армана.

– Не кипятись, – одернул жилет. – Наша невестушка уснула в саду.

– Прямо в таком виде и уснула? – снова схватил его и припер к стене. – Ты мне зубы не заговаривай, Дарий. Амос? – посмотрел на того. – Выкладывай.

– Бежать она попыталась, – ответил, не колеблясь.

– Вот предатель, – усмехнулся Дарий.

– А я тебе говорил, – пожал плечами, – между головами тайн быть не должно.

– Далеко убежала? – Арман наконец-то отпустил Дария.

– В пещеры забралась. Там и взял ее.

– Как двусмысленно прозвучало, – а глаза заплыли тьмой.

– Не переживай, до свадьбы ни-ни. Я лишь оценил красоту нашей будущей жены.

– Нашей? – изобразил удивление. – Помнится, ты особо настойчиво просил ее не брать.

– Но ты решил все же взять, а коль так, долг двух авенов согласиться и принять выбор лидера.

На это Арман не нашелся, что ответить. Три авена – три жены, но что Дария привлекло в Селен? Он никогда не любил девиц с вздорным характером, ему куда милее на все согласные тихони.

Перед рассветом Арман еще раз навестил фею. От девчонки разило Дарием. Значит, не только трогал ее. И почему внутри так свербит от осознания сего факта? К слову, в штанах ей даже лучше, чем в этих балахонистых платьях. Штаны хорошо подчеркивают стройные ноги и тонкую талию, надо будет запомнить. Хотя, под подол залезть тоже приятно, есть в этом что-то особенное, будоражащее.

– Расскажи, что тебе приснилось? – провел над ней рукой, отчего Селен нахмурилась, часто задышала.

– Не трогай меня, – простонала, не открывая глаз. – Проклятый демон…

– Расскажи, Селен… какой сон ты видела?

– Пещеры… тьма и он. Монстр… он заставил меня желать его. Обездвижил, чтобы не сопротивлялась, потом целовал, трогал, – бормотала сквозь дрему.

– Это был Арман? – присел рядом.

– Нет, не знаю… не похож.

– Чем не похож?

– В нем нет агонии, нет ярости, но есть сила, непоколебимость.

– Как мило, – скривился.

– Ненавижу его, – сжала руки в кулаки. – Желаю сгинуть ему во мраке.

– Все мы однажды сгинем во мраке, – коснулся ее лица. – До встречи у алтаря, Селен.

И покинул покои. Ничего, в Церате все встанет на свои места. Надо лишь набраться терпения.

Селен проснулась с дикой болью в голове, даже глаза с первого раза открыть не получилось.

– Да что вообще происходит? – скорее отвернулась от света.

– Что-то не так, госпожа? – точно прозвенело в тишине, отчего случился новый приступ боли.

Оказывается, рядом с кроватью стояла служанка.

– Все не так, – накрылась одеялом. – Что ты здесь делаешь?

– Господин Дакар попросил вас не будить, а дождаться, когда сами проснетесь. Вот я и жду.

– И долго ждешь?

– Уже второй час.

Селен хотела было съязвить, но не стала, Фолли всего-то четырнадцать, что взять с ребенка?

– О чем еще попросил господин Дакар? – высунулась из-под одеяла.