Среди тех, кто вышел встретить Коннора и его спутников, были двое высоких молодых блондинов. Джиллианна догадалась, что это еще два брата Коннора. Другая догадка, неприятно поразившая ее, заключалась в том, что о ней опять забыли. Только Фиона остановилась и снова с любопытством уставилась на новую родственницу. У девочки были невероятно красивые глаза фиалкового оттенка, с легкой завистью заметила Джиллианна.

— Это тоже мои братья, — пояснила Фиона, указывая на двух молодых людей рядом с Коннором. — Ангус и Энтони. Эндрю восемнадцать, Ангусу двадцать, а Энтони — двадцать два. Все трое очень близки, и не только по возрасту. Мы зовем их Ангус, Тони и Дру.

Сказав это, Фиона повернулась и поспешила присоединиться к братьям. Ангус, Тони и Дру были стройные и высокие, и у них волосы были одинакового золотистого цвета. Джиллианна подумала, что ей будет весьма трудно их различать.

Вдруг все исчезли в замке, оставив ее сидеть на лошади Коннора. Джиллианне придется немало потрудиться, прежде чем ее муж научится обращаться с ней по-джентльменски. Она никак не могла решить, что лучше — спрыгнуть с лошади или осторожно соскользнуть с седла. Ей было необходимо оказаться на земле как можно скорее, чтобы залепить мужу пощечину.

— Миледи, вам помочь?

Джиллианна посмотрела на высокого худого юношу, стоявшего неподалеку.

— Кто ты?

— Меня зовут Мосластый, миледи.

— Какое плохое прозвище.

— Да нет, не такое уж и плохое. Вообще-то меня зовут Айан, но нас тут целых восемь Айанов, и, чтобы не путаться, у всех есть прозвища.

— Да, конечно. — Она старалась не обращать внимания на смеющиеся глаза юноши. — Думаю, мне придется воспользоваться посторонней помощью, чтобы спуститься с лошади, раз этот недотепа, мой муж, обо мне забыл.

— О нет, миледи, — возразил юноша, помогая ей спуститься. — Просто он спешит рассказать всем, что привез домой награду.

— Награда, — тихо прошипела Джиллианна, зло топнув ногой. Это ребяческое проявление гнева принесло ей некоторое удовлетворение. Резким движением она разгладила складки на своем изрядно загрязнившемся платье.

— Да вы настоящая злюка, — ухмыльнулся Мосластый.

Джиллианна одарила его недоброй усмешкой:

— Если хочешь дожить до следующего Рождества, то лучше держи свое мнение при себе.

— О, как пожелаете. Странно, я не замечал, что вы рыжая.

— Потому что я не рыжая! У меня каштановые волосы.

— Нет, миледи, когда светит солнце, они рыжие. А еще я не знал, что у вас зеленые глаза.

— Открою тебе одну тайну, Мосластый. Когда мои глаза такого цвета, лучше держаться от меня подальше. — Юноша слегка попятился, и Джиллианна удовлетворенно кивнула. — Ну, и куда все подевались?

— Они в главном зале, миледи. Устроили праздник, что бы отметить победу хозяина и его счастливое возвращение.

— Очень мило, — процедила она сквозь зубы.

Это уже ни в какие ворота не лезло! У нее был муж, который совсем не обращал на нее внимания, что только усиливало ее злость. Чтобы немного успокоиться, она принялась считать про себя. Если она ворвется в замок и начнет выплескивать на Коннора свой гнев, Макенрои сочтут ее безумной и, чего доброго, посадят под замок.

— Миледи? — позвал ее Мосластый. — Что вы делаете?

— Считаю.

— Что считаете? — Мосластый озадаченно посмотрел на землю, в которую уставилась Джиллианна.

Она глубоко вздохнула и сжала кулаки.