Она улыбнулась ему и протянула руку, чтобы погладить его челюсть, потом охнула, когда боль пронзила ее от пояса до кончиков пальцев.

— Спокойно, любовь моя, потише! В тебя стреляли, но ты поправишься. Доктор Ранси уверен в этом. — Он положил ее руку на одеяло и ободряюще погладил ее.

— Рис! Ребенок! Он… У меня…

— Дьяволенок в полном порядке, несмотря ни на что. Ты не выбросила его. Тори.

Она на мгновение закрыла глаза и молча прочитала молитву благодарности.

— Слава тебе. Господи! И ты, и наш ребенок — все целы! — Потом лицо ее сморщилось, — папа… он мог убить тебя.

— Он погиб. Тори, — мягко произнес Рис, не зная, как рассказать ей об остальном., или подождать, пока она окрепнет. — Стиву пришлось застрелить его.

В ее памяти промелькнула ужасная сцена в коттедже, она содрогнулась.

— Он бы убил тебя, если бы Стив не… Я никогда не думала, что они тебя так ненавидят.

— Они подставили нас обоих, любовь моя. Хаузер уже в тюрьме в Лейк-сити.

— Но Чарльз наймет кого-нибудь еще…

— Не тревожься за Чарльза, — уклончиво ответил Рис. — Сосредоточь все свое внимание на выздоровлении, чтобы мы смогли воспитать детей. Тори, я люблю тебя, и теперь знаю, что и ты любишь меня! Я даже и не смел мечтать об этом, — он погладил ее лицо и наклонился, чтобы нежно поцеловать ее в губы.

На этот раз она осторожнее подняла руку и притронулась к его заросшей щетиной щеке, глубоко заглядывая в его глаза.

— Расскажи мне все остальное. Рис. Ты что-то не договариваешь.

— Это может подождать, пока ты окрепнешь, любовь моя.

— В конце концов, я осталась в живых. Наверное, я достаточно выносливая? — благоразумно спросила она.

Он вздохнул, держа ее руку, инстинктивно поглаживая пульс на ее кисти.

— Чарльз погиб. Тебе больше нечего бояться.

— От руки мамы, правда? — Рис вздрогнул от ее вопроса.

— Как тебе удалось…

— Папа никогда ничего не делал без ее одобрения. Если он помогал Чарльзу в выполнении его плана убийства тебя и потом собирался получить твои деньги через меня, то вполне логично предположить, что он и мать действовали заодно. Но они никогда бы не согласились на то, чтобы Чарльз убил Сандерса.

— Они об этом не знали… пока твоя мать не пошла домой к Чарльзу и не нашла там доказательства против него. По-видимому, Чарльз пытался выхватить у нее пистолет и раздался выстрел. — Рис беспомощно пожал плечами.

— Что ей будет?

— Нам надо будет что-нибудь предпринять в отношении ее. Согласно закону преследовать ее не будут. Тори, она… потеряла рассудок. Лаура застала ее в спальне, она сидела одна. Боюсь, что она никогда не поправится, так считает доктор. Для ухода за ней я найму лучших медсестер.

— Чтобы она не могла уйти. Она может… ах. Рис, она может опять попытаться убить тебя! — Тори разрыдалась. — Мои родители — убийцы! Ты должен ненавидеть их, — она смолкла, крепко сжимая его руки.

— Разве я способен на это? Я слишком сильно люблю тебя. Если бы мне сказал об этом кто-то один, но так говорит полгорода — ты совсем не похожа на мать и отца. Ты — белая ворона, дама, пошедшая в какого-то своего далекого предка. Настоящая голубая кровь из Новой Англии, откуда, наверное, можно проследить родословную до самой королевы Елизаветы.