— Избавь меня от своих рассуждений о короле и долге! Шинид щелкнула пальцами и исчезла.

— Проклятие, — пробурчал Коннал. У ног его лежали алые маки. Он наклонился, взял их с пола, вдохнул нежный аромат. — Шинид, — позвал он, устремив взгляд к потолку, — мы еще не закончили.

— Опять ее проворонил? — Гейлерон с неизменной усмешкой на губах, как всегда, появился словно из воздуха.

— Разыщи ее, — приказал Коннал, и Гейлерон, позвав на помощь Наджара, отправился на поиски.

Но Коннал и сам пошел ее искать.

— Где она? — спросил, приблизившись к нему, Монро.

— Не знаю. Швыряется, верно, чем-нибудь тяжелым в стену, представляя, что метит мне в голову.

Монро прищурился, Коннал устало отмахнулся и вдруг заметил стражника, торопливо поднимавшегося по лестнице, которая шла с черного хода и вела в подземелье.

— Христа ради, Монро, спустись вниз. Я уверен, она там. — Коннал знал, что если обнаружит ее там, где он предполагал ее увидеть, то справиться с собой ему будет трудно. Он и сейчас готов был ее задушить.

— Что она там забыла?

— Пытается спасти мою бессмертную душу. — Увидев, что Монро непонимающе хмурится, Коннал пояснил: — Лечит пленников.

— Чтобы их могли казнить здоровыми?

— Сомневаюсь, что она об этом задумывается.

— Так скажи ей.

— Чтобы она потребовала от меня пощадить тех, кто чуть было не отправил ее на тот свет?

— Она не станет этого делать.

— Монро, твоя госпожа старается спасти жизнь во всех ее проявлениях. Ей все равно, кого она спасает: кролика или врага, напавшего на нас. Такова ее природа. Черт возьми, она сама и есть — природа.

Монро терпеливо слушал, сложив на груди руки.

— Вы хотите сообщить мне нечто, чего я не знаю, милорд?

Коннал усмехнулся:

— Она думает, что магия способна защитить ее в любой ситуации, но события последних дней показали, что перед лицом смерти Шинид так же беззащитна, как и любая женщина.

— Согласен, — после непродолжительного раздумья ответил Монро.

— Тогда ты должен понять, что я испытываю, когда она отказывается мне подчиниться. Я вижу свой долг в том, чтобы защитить ее от опасности. — «И не только от внешней, — добавил про себя Коннал. — Порой я хочу ее защитить от нее самой, от ее же собственной магии».

— Милорд, в этом я вижу свой долг, с тех пор как…

— С тех пор как О'Брайан ее обидел. Монро вздохнул с облегчением. — Я рад, что она вам рассказала.

— Почему?

— Потому, милорд, — глядя Конналу в глаза, произнес Монро, — что таких, как О'Брайан, много. И кстати, у Маркуса остались братья. — Сказав это, Монро поспешил к лестнице, ведущей в подземелье.

Братья Маркуса! Коннал похолодел. В тревоге он обвел взглядом зал. Своих он знал, людей Рори — не всех. Но король Рори оказался рядом, словно тоже материализовался из воздуха.

— Ты распугаешь моих людей, если будешь так смотреть на них, Пендрагон.

Коннал не обратил на короля никакого внимания, продолжая рыскать взглядом по лицам.

— Что ищешь ты в моем доме? — тихо спросил Рори.

— Убийцу. Наемного убийцу. Или, что более вероятно, нескольких наемных убийц.

Рори обвел взглядом зал.

— Здесь много народа, Пендрагон, но я могу точно сказать тебе, что среди них нет ни одного, кого бы я не знал, включая грудных младенцев.

— Хотел бы я, чтобы это было так, ваше величество.

Вот уже в третий раз за один день Коннал почувствовал беду. Сейчас он испытывал… Что он испытывал? Гнев? Горечь? Как будто зверь когтистой лапой провел ему по спине.