Оуэн выходит в коридор. Тесси и Барри уже там, стоят у входной двери и наблюдают за происходящим.

– Они что-то нашли, – говорит его тетка. – Что-то, связанное с той девушкой, о которой тебя спрашивали, той самой, что была на листовке.

– И что они нашли?

– Они мне не сказали. Но они намерены на весь день перекрыть дорогу. И еще они попросили доступ к внешним участкам.

– Это к каким?

– Вокруг дома. Я, разумеется, согласилась.

Оуэн моргает.

– Ты ведь не возражаешь? – спрашивает Тесси, прищурившись.

– Нет, – говорит он. – Почему я должен возражать?

– Я не знаю. Вдруг ты воспримешь это как вторжение в твое личное пространство. Или что-то вроде того.

– Но ведь это не мой сад? Он общий.

– Да, – говорит Тесси, – верно. Общий.

Сейчас в их саду за домом полиция, ковыряется в кустах, среди куч ржавого садового инвентаря, которым никто никогда не пользуется. Некоторое время Оуэн наблюдает за ними, пытаясь услышать, что они говорят. Он улавливает лишь отдельные слова, но их недостаточно, чтобы понять, о чем они могут говорить.

Похоже, небольшая группа полицейских что-то ищет под окном его спальни в задней части дома. Его внутренности тотчас пронзает вспышка тревоги. Оуэн возвращается в свою спальню и закрывает за собой дверь.

Он слышит рядом с окном мужской голос, и этот голос зовет кого-то еще.

– Вот, смотри. Принеси фонарик.

Оуэн переводит дыхание, становится сбоку от окна, прижимается спиной к стене и прислушивается.

– Найдите начальника, – говорит мужчина.

Оуэн слышит, как кто-то бежит по траве и по гравийной дорожке, зовя инспектора Керри.

Через мгновение слышится женский голос.

– Что там у вас?

Оуэн осторожно выглядывает в окно. Он смотрит вниз и видит макушки трех голов. В луче фонарика в траве что-то светится, что-то розовое и блестящее. Он видит руки в перчатках, осторожно раздвигающие травинки. Он видит, как из травы выдергивают чехол для телефона и бросают в протянутый пластиковый пакет.

Воздух как будто наэлектризован. Что-то вот-вот должно произойти. Что-то экстраординарное. Что-то ужасное.

Лопасти вертолета, вращающиеся над головой, грохочут, как копыта огромного стада тяжеловесных животных, с топотом мчащихся в облаке густой черной пыли. Оуэн отворачивается от окна и сползает по стене на пол.

28

Сафайр

Сына Роана зовут Джош. Джошуа Форс. Его имя следует произносить с шиком, иначе оно звучит глупо. Он ходит в школу напротив моего дома. В тот осенний семестр я время от времени видела его. Раньше я бы никогда не выделила его в толпе – типичный долговязый белый чувак в куртке «North Face» и черных кроссовках. У него был друг. Как ни странно, у этого друга были рыжие волосы и лицо с острыми чертами, и казалось, что друг и тот лис каким-то образом взаимозаменяемы, как будто Джошу нравилось то, что было похоже на лисиц.

Той осенью я несколько раз шла за ним следом до самого дома. Он плелся медленно, как черепаха. Если Джош хотел что-то посмотреть в телефоне, он просто останавливался посреди тротуара, не обращая внимания на тех, кто шел позади или рядом с ним. Иногда он без видимой причины переходил улицу, а потом снова возвращался обратно.