— Да, — подтвердил я.

— Лучше с ними не ссориться, малёк, заруби себе на носу. Если охранник что-то командует — не вздумай перечить.

— Вроде не сложно.

— Это тебе щас так кажется, да? Всякое случается.

— Слушай, — я отставил от себя тарелку с синтетической жижей, лишь отдалённо напоминающей пюре, — Когда нас только привезли, один из конвоиров и пара его дружков отправили меня в виртуал. Показать все его прелести.

— Ага, знакомая тема, — с серьёзным видом кивнул Мурлок, — Они часто так с новичками поступают. С теми, у кого думают что бабки есть.

— В это и проблема. У меня их нет. Но те парни прямо сказали, что если я не буду платить — жизнь мне устроят «весёлую».

— А ты что думал — на курорт попал? — осклабился сокамерник, — Оглянись — тут чуть ли не половина им башляет. А кто нет — отрабатывает по-другому.

— Это как?

— В качестве подопытных, например. Рядом завод и лаборатория корпов, они постоянно там что-то новое придумывают. Тестирование на людях стоит дорого, но с сидельцев-то чё возьмешь? Скажи нам, что скинут полгода — и целый месяц могут резать и зашивать, сканировать мозг или ещё хер знает чё творить.

— Жутковато.

— А то! Но это не единственный вариант, конечно. Некоторые становятся стукачами. Такие, правда, долго не живут, но всё время находятся умники, которые думают что могут всех перехитрить. Если что-нибудь умеешь, можно поговорить с нужными людьми и получить работу. Оператором деревообрабатывающего или токарного станка, подсобным рабочим на кухне, техником и так, по мелочи.

Кто совсем нихера не умеет, но и выхода иного не видит, получает самую грязную работу — чистить канализационные стоки, сортиры убирать. Таких охрана не трогает, но «наши» их не любят. Мерзкие они, падлы, безо всякого уважения к себе. Можно и подстилкой стать, конечно. Но-но, не смотри так, малёк! — Мурлок погрозил мне пальцем, — Ты спросил, я отвечаю. Вижу, что такой путь не для тебя, так что не гоноши.

— Вариантов немного, честно говоря, — вздохнул я.

Спрашивать о том, как с этой ситуацией разобрался сокамерник, я пока не решился, ввиду не слишком доверительных отношений между нами. Но, кажется, он и сам прочёл немой вопрос на моём лице.

— Есть ещё один способ.

— Какой?

— Слушай, он самый верный, но если на такое подпишешься — обратной дороги не будет, понял?

— Понял. Но я просто хочу узнать — как мне спокойно чалить, чтобы не было проблем, — я ввернул в разговор недавно услышанное слово, — За спрос не бьют.

— Кто тебе такую херь сказал? — заржал Мурлок, — Здесь могут и убить, если неправильные вопросы задаёшь, да ещё и не тем людям, да? Короче ладно, слушай. Самый верняк — это попасть в «оптовый закуп».

— Это что? — не понял я.

— Да всё просто. Охрана тут — царь и бог, как ты понял. Но их мало по сравнению с сидельцами, так что держать нас в страхе всё время не получается. Говорят, раньше так и было, по после пары бунтов поубивали много народа — из охраны в том числе. Так что щас тут типа… — он задумался, вспоминая слово, — а, «паритет», во! Короче, как я говорил — больше половины сидельцев сами по себе, и они либо уроды — либо нахер никому не усрались, потому что за душой ни гроша. Остальные… Разделены на «клубы по интересам».

— Банды, что ли?

— Ты, малёк, хлебало пореже открывай, пока я говорю, лады? — нахмурился Мурлок, — Здесь не любят умников.