— Ш-ш-ш, — прошептал он, отрывая губы от ее груди. — Лежи спокойно и наслаждайся.

И он снова обратился к ее обнаженной груди. Майк ласкал ее розовый сосок до тех пор, пока Эбби не затрепетала в глубокой истоме. Когда своими неутомимыми ласками он довел ее до исступления, Эбби выгнулась и тихонько призывно застонала. Она ощутила острое желание того, названия чему даже не могла подобрать. Эбби пыталась объяснить Майку, что больше не в силах ждать, но его губы преградили путь ее словам. Она почувствовала, как его язык прикасается к ее нёбу. Эбби в это мгновение ощутила себя неотделимой частью Майка. Восхитительное чувство слияния потрясло все ее существо.

Эбби опять забыла о дыхании, все ее мысли сосредоточились на особых, еще не изведанных ощущениях. Но тут Майк внезапно оторвался от нее…

— Расслабься, Абигайль, — ты ведь можешь наслаждаться и при этом дышать. Попробуй… — Он снова поцеловал ее легко и нежно.

Когда его руки вновь начали ласкать ее сокровенное естество, Эбби сладостно задрожала.

— Красавица, — повторял он, — ты такая красавица! — Майк поцеловал чуть припухшие губы Эбби. Потом его ищущий наслаждения язык переместился туда, где его ждали тугие, вожделенно набухшие соски.

Майк, совершавший обряд любви, был неотразим. Эбби, зачарованная его ласками, забыла страхи и сомнения и теперь пыталась побороть неотступно томившее ее желание прикоснуться к нему. Она дотронулась до его кудрявой поросли на груди, ища плоские мужские соски — сначала один, потом другой, и принялась ласкать их до тех пор, пока они не превратились в тугие тяжелые узелки. Эбби почувствовала, как и по его телу пробежала дрожь, услышала его стон, исполненный томления.

Слегка поколебавшись, ее рука скользнула вниз. Саммерс млел от ее возбуждающих ласк, и на него обрушились волны неизъяснимого наслаждения.

— О, Эбби, — благоговейно произнес он и открыл глаза.

Ему захотелось взглянуть на нее. На ее губах витала счастливая улыбка, глаза ярко светились. Как же легко и радостно было у него на душе! Что бы ни случилось потом, сегодня она его.

— Иди сюда. — Он притянул ее к себе, ложась на спину.

Когда он начал бережно учить ее, как лучше всего любить мужчин, Эбби сначала ничего не поняла.

— Вот и все…

Как могла она сказать ему, что именно это ей было внове, что единственный ее любовный опыт был связан с мужчиной, который всегда предпочитал быть наверху — и в прямом и в переносном смысле слова.

— Это для тебя внове? — В голосе Майка слышалось удивление. — Это даже лучше, любимая, — успокоил он Эбби, помогая ей принять нужное положение.

Эбби не верилось в то, что в этом зрелом мужчине скрывалось столько нерастраченной нежности! Его внутренняя сила и уверенность в себе позволяли ему, не задевая женской гордости, наставлять, любить, отдавая себя без остатка. Он ласкал ее, не забывая хвалить и подбадривать, а его любящие руки учили ее делать ритмические движения, благодаря которым их подбрасывало все выше и выше, до тех пор пока все окружавшее их не исчезло, и они остались одни на этом свете… существовали только их руки, губы, их разгоряченные тела, поднявшиеся на высокой волне, имя которой — страсть. Когда любовная волна разбилась, они медленно опустились на землю.

— Эбби, любимая, что с тобой? — тревожно спросил Майк, услышав звук, напоминающий плач. Дотронувшись до ее щеки, он почувствовал теплую влагу. — Я сделал тебе больно? — Майк наклонился и нежно поцеловал ее.

Нет. Она и не подозревала о том, что на ее глазах выступили слезы.

— Может, это из-за того, что я забывала дышать?

— Вряд ли.

Она не убедила его. Майк провел пальцами по набухшей груди Эбби.

— Как вы хороши, леди! — восторженно проговорил он и поцеловал сначала одну, а потом другую упругую грудь.