— Это крайне оскорбительно для нас, — заметила леди Присцилла.

— И крайне неучтиво с вашей стороны, — подытожила ее сестра.

— «Поспешишь — людей насмешишь», как говорил наш брат Хьюго, — добавила леди Присцилла.

— Нет, сестра, — нахмурилась леди Элеонора. — Он говорил: «Если ешь без соли — куска не проглотишь». Именно так…

Леди Присцилла надменно приподняла бровь, и сестра покорно замолчала. Воспользовавшись паузой, леди Присцилла обратилась к Бэзилу:

— Мы склонны расценивать обыск как нанесение личного оскорбления нашей семье.

— Уверяю вас, я не имею намерения оскорбить вас, но вынужден исполнить свой долг. Я делаю это по приказу ее величества.

— Вас прислала Лиззи? — недоверчиво переспросила леди Элеонора. — Лиззи знает, что вы явились сюда?

Бэзил сжался и словно уменьшился вчетверо, когда услышал, как знатные дамы, которые с ним беседуют, называют королеву Англии попросту Лиззи.

— Я являюсь полномочным представителем ее величества в этом приходе, — запинаясь, ответил он.

— Значит, это не она вас прислала. Я так и думала. Лиззи никогда не позволила бы нанести нам такое оскорбление. Племянник, принеси мне бумагу и чернила, — приказала она Криспину. — Я напишу ей немедленно.

Криспин с радостью готов был исполнить приказание тетушки, когда над ухом у него вдруг тихо кашлянул Терстон.

— Вы посылали за мной, милорд? — спросил он и кашлянул еще два раза.

— Да. — Криспин понял условный знак и поклонился тетушкам. — Прошу прощения, если это огорчит вас, поразмыслив, я решил позволить Бэзилу осмотреть дом ради интересов долга и добрососедских отношений.

— Но, дорогой племянник, это возмутительно, — начала леди Элеонора.

— Я понимаю, что это доставит вам неудобство, — продолжал Криспин. — Но это лучшее, что можно сделать в данной ситуации. Я хочу раз и навсегда развеять сомнения относительно того, что под добропорядочной крышей Сандал-Холла могут происходить недостойные вещи. Если я намерен найти добродетельную супругу, мое имя, мой дом и моя честь должны быть незапятнанными.

Против такой логики возразить тетушкам было нечего. Опасаясь, что племянник придумает что-нибудь еще, например, пустится танцевать голым джигу на улице, они поспешили снова потребовать бумагу и чернила и удалились в свою гостиную составлять список достойных невест для Криспина.

Бэзил дождался, пока тетушки покинул зал, а затем повернулся к Криспину с выражением благодарности на лице:

— Благодарю вас, милорд.

— Я англичанин, и мой долг — служить правосудию и его сестре истине, — торжественно ответил Криспин. — Я полагаю, вы захотите начать обыск с половины слуг.

Это наиболее подходящее место, чтобы спрятать преступника, не так ли? Кстати, я забыл спросить. Я надеюсь, что мне и моему слуге будет позволено сопровождать вас, дабы проследить, чтобы моему имуществу не был нанесен урон?

— Это против всяких правил, милорд. — Выражение благодарности мгновенно исчезло с лица Бэзила.

— Хорошо. Но в таком случае я оставляю за собой право возложить на вас ответственность за каждую вещь, которая будет испорчена или утрачена после обыска. Многое здесь принадлежало моему дорогому отцу Хьюго, и если я замечу на какой-нибудь вещице зазубрину или царапину, у меня будет чувство, словно я совершил отцеубийство.