– Но вы настолько мощнее… – Она погладила его по плечу. – Вам так нравится?

Он открыл глаза и улыбнулся:

– Мне нравится, что вы находите в этом удовольствие.

– Но я делаю это неправильно? Как нужно прикасаться к мужчине, чтобы ему действительно нравилось?

– Вы все делаете правильно, но не бойтесь, я не рассыплюсь. Мужчинам нравится в женщинах настойчивость.

– Да, – согласилась она, – вы очень крепкий.

Джек рассмеялся, хотя ее замечание не казалось каким-то особенно смешным. Энн усмехнулась. Тонкая дымка безумия окутывала ее, жаркая и прекрасная, гораздо более пьянящая, чем вино.

Ей этого хотелось больше чего-либо. Жажда познания уничтожала осторожность. Наверное, она порочна и распутна, но Энн опьянела от потребности исследовать все.

Там, где нет пути назад, нужно идти вперед!

Она присела на корточки.

– Можно я… можно мы снимем с вас рубашку?

– Как пожелаете, – сказал Джек.

– Я видела вашу спину в гостиной. Я была… загипнотизирована. Все мужчины так красивы?

На мгновение он нахмурился.

– Эта мысль никогда не приходила мне в голову. Я рад, что вы так думаете, но… – Джек осекся и громко рассмеялся.

– Потому что вы выносили такое суждение только о женщинах?

– Постоянно, мисс Марш, – сказал он с какой-то насмешливой серьезностью. – И не нахожу в вас недостатков.

Жаркое удовольствие зажгло ее лицо, загорелись уши. Энн опустила лицо и покачала головой:

– Нет, не нужно! Не заставляйте меня думать о себе.

– Хорошо! – Он подмигнул. – Я рад позволить вам думать обо мне.

Джек стащил рубашку через голову, а потом лег на спину, сложив руки по швам.

Энн уронила руки и раскрыла рот от изумления.

– О! – сказала она. – Боже мой!

Жесткие связки мускулов, впалый живот, сильные плечи. Необычайная сила тлела под бронзовой кожей.

– Как видите, – сказал он, – у меня волосы не только на голове.

Темный пух на его груди закручивался вокруг плоских сосков, потом сбегал вниз до пояса, отмечая еще одну впадину из сплетенных мускулов.

– Можно мне потрогать?

– Делайте что хотите, – сказал он. – Я скажу, когда для вас будет разумнее остановиться.

– Разумнее, лорд Джонатан? Он усмехнулся:

– Мы перейдем этот мост, когда доберемся до него. Пока же я лежу здесь, полуголый, на кровати, разрешая ваше неприличное исследование. Мне кажется, вам лучше называть меня Джеком, а?

– Если вы так полагаете…

– Полагаю.

– Хорошо… Джек. И раз уж на то пошло, в этих обстоятельствах я с удовольствием даю вам разрешение называть меня Энн.

– Нет, мисс Марш, – сказал он. – Наша фамильярность односторонняя.

Энн колебалась, ее внимание было приковано к плавным движениям мускулов под его кожей. Она прикасалась к нему и смотрела на него. Она ничуть не боялась, даже не была этим встревожена. Его тело было безупречным, волнующим и красивым. Этого ведь достаточно, да?

– Вы закончили? – осторожно поинтересовался он.

Энн положила ладонь ему на грудь, и сердце у нее дрогнуло. Темный пух оказался мягче, чем она предполагала, приятно и странно волнующим. Она закрыла глаза, чтобы запомнить это мгновение. Потом медленно-медленно провела тонкую линию вниз по середине его тела и обвела пальцем его живот.

– Нет, – сказала она, собравшись с духом, – я намерена продолжать.