– Мне надо дать подписку? – спросил он.

    – Вот этот бланк... – Ким двинул к собеседнику подвижной столик с одиноким листком бумаги. Листочек прижимал к столу массивный электрокарандаш на прочной цепочке.

    – Что известно о похитителях? – уже совершенно по деловому осведомился Густавссон, старательно просматривая документ.

    – Двое белых мужчин, – без особого энтузиазма объяснил Ким, – по всей видимости, в камуфляже. Вот – приготовленная для вас сводка – там все это – подробнее...

    Он помолчал.

    – Значит – обычные люди? – как-то очень напряженно уточнил Густавссон, быстро пробегая глазами протянутую ему распечатку.

    – Вполне обычные, судя по всему... – пожал плечами Ким. – Интересно, что преступники использовали в деле собаку...

    Густавссон замер. Поднял на Кима полные недоумения глаза.

    – Как!? Пса Тора? Харра?

    Ким пораженно воззрился на него.

    – Да нет, разумеется... Собака самого Толле нам, правда, тоже скучать не дает – пропала из гостиницы, как только ее туда доставили. Но это – другая сторона дела. А я говорю про вот эту тварь, – Ким показал фоторобот, составленный по показаниям свидетеля Позняка. – Охотничий пес. Белый, с черными пятнами...

    Зазуммерил блок связи, и Ким, подняв трубку, выслушал приглашение как можно скорее предстать пред светлые очи господина секретаря комитета безопасности, высказанное крайне неприязненным тоном.

    Положив трубку и подняв глаза на Густавссона, он не без удивления обнаружил, что тот отложил свой листок в сторонку и тихо трясется от беззвучного хохота.

    – Что так развеселило вас? – спросил Агент на Контракте, не скрывая досады.

    Густавссон провел ладонью по лицу.

    – Простите... Простите, но если все действительно обстоит так, как вы сказали, то мне очень жалко этих ваших похитителей... Очень...

    * * *

    Блок связи в кармане пиджака Тони очередной раз залился трелью, и он с досадой левой рукой вытащил его и рявкнул в трубку:

    – Ну, что там еще!?

    Одновременно он правой сделал бармену «Лимпопо» знак, хорошо понятный всем служителям Бахуса во всех Тридцати Трех Обитаемых Мирах... Бармен понимающе принял заказ к исполнению.

    – Ты заставляешь меня вибрировать, – сообщил Тони Мепистоппель. – Это, знаешь ли, не сахар – сторожить наш товар...

    – Понимаю... – вяло отозвался Тони. – Но я тоже не теряю времени.

    Сам понимаешь – надо навести кое-какие справки о положении дел... Узнать, какие настроения в городе...

    – Ты, мне кажется, говорил, что заберешь свой гребанный талисман и сразу...

    – Не стоит обижать Трубочника... – задумчиво упрекнул партнера Тони, еще с минуту-другую послушал бурчание Мепистоппеля и вырубил блок.

    Идти на улицу Темной Воды ему все больше не хотелось. Трудно сказать почему, но он все оттягивал этот свой визит в покинутую штаб-квартиру так было удачно начавшейся операции. Элементарный здравый смысл подсказывал ему, что после исчезновения Гонсало не стоит «светиться» где-либо, а уж в «Прокате гробов» – в первую очередь. Тем не менее, оставленный на столе Адельберто Трубочник не давал ему покоя.