— Но, черт побери! Ты ведь понятия не имеешь ни кто он, ни где?

— Не имеет значения. Лажолет сам меня найдет.

— Зачем?

— Из-за этой истории с пулями — она ведь неизбежно приведет нас к нему: и меня, и испанскую полицию.

— Но откуда Лажолет узнает о твоем открытии?

— А я вовсе не собираюсь делать из этого тайну, даже наоборот… Для начала схожу в комиссариат, кстати, я уже говорил с тамошними ребятами по телефону, а поскольку с самого приезда в Севилью каждый мой шаг старательно передают нашему врагу…

— Пепе… Ты думаешь, Лусеро…

— Как знать…

— И Фернандес — тоже?..

— Нет… только не Фернандес…

— Ладно… в таком случае, жду твоих приказаний, большой босс!

— Приказаний! Как мы уже договорились, ты составишь компанию Марии, а уж я сам решу свои проблемы.

— В чем дело, а, Пепе?.. Ты больше не хочешь работать со мной в одной упряжке?

— Конечно, хочу, балбес! Но есть еще Рут…

— А какое ей до этого дело?

— Ты нужен Рут и «сеньору» Хосе — тоже… А я совершенно одинок!.. И у меня нет никакого права заставлять тебя рисковать, особенно если я нарываюсь на неприятности добровольно…

Алонсо опять пришел в ярость.

— Либо я работаю, либо — нет! И прошу тебя, оставь Рут в покое, это не ее заботы. И вообще, мне осточертело взирать, как ты корчишь из себя героя!

— У меня всего один шанс из десяти остаться в живых.

— Тем более я обязан пойти с тобой!

— Нет.

Алонсо помолчал и некоторое время пристально смотрел на меня.

— Пепе… — наконец мягко заметил он. — Поклянись мне, что ты не задумал покончить счеты с жизнью из-за… Хуана и Марии?

— Клянусь, что в первую очередь меня занимает поручение Клифа, но готов признаться, что, коли мне суждено проиграть партию, я не стану испытывать особых сожалений…

— В таком случае я не отойду от тебя ни на шаг!

— Но ты же обещал помочь Марии, верно?

— Тем хуже!

Я понял, что от Алонсо так просто не отделаешься. Пришлось схитрить. Противно, конечно, обманывать друга, но я не мог не думать о Рут и о своем крестнике. Ради них обоих я и принялся сочинять. Сделав вид, будто Алонсо довел меня до ручки, я вдруг уступил:

— Ладно, твоя взяла… Сегодня вечером вы с Чарли составите мне компанию… Предупреди его… В конце концов, для нас главное — прикончить Лажолета, а втроем у нас куда больше шансов справиться с этим делом… Днем я полежу в постели… Зайдите сюда в восемь вечера, и мы вместе решим, каким образом лучше поступить…

Я немного сомневался, что мне удалось провести Алонсо. Во всяком случае, складывалось впечатление, что он почуял какую-то хитрость.

— Ты готов дать мне слово? А, Пепе? — недоверчиво спросил мой коллега.

— Да.

Но и это его не убедило.

— Почему ты так быстро передумал?

— Во-первых, из-за Марии… Я не хочу, чтобы в такой момент она оставалась одна… А потом, все это я тебе наговорил скорее для очистки совести… У меня нет никакого желания сообщать Рут, что она стала вдовой… Но, уж коли ты так настаиваешь, могу честно признаться: знать, что ты рядом, для меня будет большим облегчением.

В эту минуту я, честно говоря, сам у себя вызывал глубокое омерзение, но зато настолько вошел в роль, что последние сомнения Алонсо исчезли.