|
- Ну, во-первых, экспедиция будет крайне опасной... - Основная наша задача, насколько я понимаю, состоит в том, чтобы вырвать Кристину из лап Торренса. - Да. Это - самое главное. - Неужели "лесовики" хотят создать свою расу сверхлюдей? Или я ошибаюсь? Ведь если вы, ребята, обретете иммунитет против яда триффидов, то сможете взять верх над всеми остальными. - Верно. Но мы не станем прибегать к столь радикальным мерам, как Торренс. Мы не станем изымать яйцеклетки Кристины, чтобы трансплантировать их нашему женскому населению. - Неужели? - Мне кажется, я уловил в твоем голосе нотки недоверия, Дэвид. Или я ошибаюсь? - Не исключено, что после столь продолжительного общения с вами у меня тоже начал вырабатываться синдром подозрительности, - уклончиво ответил я. - Наше сообщество, Дэвид, гордится своим гуманизмом. Именно поэтому мы и порвали с хунтой Торренса. Я посмотрел на цветные хвостовые огни впередиидущих самолетов и сказал: - Но подобные мысли наверняка появлялись в головах ваших лидеров. Не сомневаюсь также, что они потребовали от Сэма Дидса составления многовариантных планов. - И какими же, по-твоему, должны быть эти варианты? - Во-первых, ваши жизненные интересы требуют убить Кристину, если она не сможет быть спасена. Более того, в случае такого исхода ее тело должно быть уничтожено, чтобы яйцеклетки не могли быть изъяты из свежего трупа. - Неужели ты полагаешь, будто Сэм Дидс способен на подобную жестокость? - холодно спросил Гэбриэл. - Суровые времена требуют суровых действий. И тебе, Гэйб, это известно. - В тебе развивается ужасная подозрительность, Дэвид. - Согласен. Но в данный момент я назвал бы это не подозрительностью, а проявлением инстинкта самосохранения. - Ах вот даже как? - Не исключено, что право вести самолет в Нью-Йорк является знаком доверия с вашей стороны, и это вселяет в меня излишнюю уверенность в себе и переоценку своего положения в вашем обществе. Не исключено, что в силу этого я говорю то, что следовало бы держать при себе. Я не могу не думать о том, что морским пехотинцам мог быть дан приказ пристрелить вашего покорного слугу, если возникнет угроза его захвата Торренсом. - Я покосился на Гэбриэла. - И это, впрочем, вполне разумно. Ведь я не забыл, что подобная возможность предусматривалась в случае провала плана моего вывоза из Нью- Йорка. - Да, ты прав, - протянул Гэбриэл. - Единственное, что я могу сказать: ты должен доверять нам. По прибытии в Нью-Йорк мы поместим тебя в безопасное место. - Это будет непросто. - Есть еще одна веская причина, в силу которой ты должен нам верить. Ты нам необходим, чтобы доставить нас домой после того, как будет освобождена Кристина. - Вы, несомненно, позаботились о том, чтобы обеспечить всех солдат накладными усами, бородами и темными очками... однако... не хочу быть назойливым, но как вы, "лесовики", сможете незаметно влиться в ряды обитателей каменных джунглей? - Возможно, нам действительно не стоило так скупо делиться с тобой информацией, - задумчиво потирая подбородок, произнес Гэбриэл. Он налил себе еще чашку кофе и продолжил: - Мы планируем разместить людей в самой северной части Манхэттена за известной тебе стеной 102-й параллели. - Да, мне об этой стене известно. Но я не знаю, как это место выглядит. - Ничего особенного. Просто вся территория - одна огромная тюрьма. - Но в таком случае там должно быть полным-полно тюремщиков и охранников. - Это не совсем так. - Значит, мы имеем дело с тюрьмой свободного содержания? - Если бы ты побывал там, то не говорил бы так, - ожег меня взглядом Гэбриэл. Теперь он рассердился по-настоящему. - Ты ни за что так бы не сказал! - О'кей. В таком случае поведай мне, как этот застенок выглядит. Если там нет охраны, почему не сбегают заключенные? - Да потому, что Торренс - негодяй умный. |
