В ней говорит женщина. Та девчушка, что хотела научиться читать и подслушивала у дверей Совета. Да, это верно. Королева хорошо посмеялась над нами, и, по сути дела, она права. Не мы ли так долго не допускали женщин к своим знаниям, тогда как Алеа и Амина доказали, что и сайман и козни могут быть им подвластны? Посвящение в сан Амины может гибельно сказаться на состоянии власти в стране, зато благотворно повлияет на умы. Ясно, что Алеа мечтает о такой Гаэлии, где мужчины и женщины будут пользоваться одинаковой властью. Только возможно ли это?

— Говорят, что Хенон посвятил ее в сан против своей воли, — добавил бард. — Вам известно, что у нас, у бардов, все менее сложно устроено. Каста бардов всегда была одинаково открыта мужчинам и женщинам. И я всегда думал, что однажды какая-нибудь ученица достигнет положения друида.

— Тогда вы просто провидец! — заметила Кейтлин. — И что говорит вам ваш дар ясновидения сегодня? Получится ли из Амины хорошая королева?

Кейтлин заманивает его в ловушку. Он не станет открыто поносить Амину, даже невзирая на то, что, как и большинству галатийцев, она ему не по душе, я уверен. Этим вопросом Кейтлин вынуждает его высказаться. Странники это любят. Вынуждать говорить правду. Но бард обязательно выкрутится.

— Думаю, сейчас ее главная забота — стать хорошей друидессой! — не без улыбки парировал Авендаль.

Кейтлин не даст ему отвертеться.

— Вы хотите сказать, что она пренебрегает своими королевскими обязанностями? — не отставала актриса.

Бард поморщился. Окинул взглядом харчевню. Здесь были стражники да и другие жители.

— Нет, если ее деятельность в Совете служит королевству.

— А она ему служит? — не сдавалась Кейтлин.

Она не отстанет. Бедный бард, не на такую напал!

— Как государыня, она уже сделала многое. Никогда еще в королевстве не было столько перемен, как с тех пор, что им правит Амина. А что до того, пойдет ли на пользу стране ее союз с Советом, не слишком ли рано об этом судить?

— Если бы мы судили своих правителей только после совершенных ими ошибок, они бы понаделали их столько, что и вовек не расхлебаешь! — засмеялась Кейтлин.

— Но как же тогда их судить? По их прошлому? О королеве нам почти ничего не известно.

Разве только то, что она выросла вместе с Алеей!

— Быть может, их и не нужно судить, а просто заставить их всегда поступать справедливо, — вмешалась в разговор Алеа.

— В тот день барды запоют не в лад! — усмехнулся Авендаль.

Мьолльну ответ очень понравился, он даже хлопнул в ладоши.

— Что еще нового в королевстве? — спросила тогда Алеа, видя, что разговор про Амину зашел в тупик.

— Граф Мерианд Мор превратился в вассала Ферена Ал'Роэга, а Эдитус обратил его в христианство и крестил на глазах всего Мерикура.

— А жители Темной Земли с тех пор тоже приняли христианство? — поинтересовалась Алеа.

Именно с этой целью Эдитус и крестил графа Темной Земли. Этот человек в одиночку сумел обратить в свою веру две пятых острова. Его вера распространится по Гаэлии, и возврата назад не будет. Каждый уверовавший в Христа изгоняет веру в Мойру. Но я знаю, что она существует.

— Да, — ответил Авендаль. — Сотнями, если не тысячами.

По харчевне пробежал растерянный ропот.

— У вас есть и другие новости?

Бард пожал плечами:

— Их много, но я не знаю, что будет вам интересно. Впрочем, есть одна странная вещь, я все чаще об этом слышу, возможно, это касается вас.

— Что именно? — нетерпеливо спросила Алеа.